Чисто семейное дело

Местные и особенно зарубежные журналисты писали кипятком от радости, щелкая перекошенные лица. Посольства сразу трех стран предложили ему политическое убежище, и Сема исчез.

Довольно длительный период российский Салман Рушди не появлялся в поле зрения своих друзей. Только однажды вечером, открыв дверь, Даша чуть не упала в обморок: на пороге стоял огромный, в белом фраке, гражданин мира Теплый и весело посвистывал. Она сразу присела и потрогала его ноги.

— Сема, ты стал носить ботинки? Это означает конец?

— Рыжуха, это маскировка. Никто не должен меня узнать.

— Ты бы усы наклеил, — затаскивая его в дом, засмеялась Даша.

— Вот бабы, дурные. Сколько толстых мужчин в мире? Миллионы. А босых? Я один, не считая зулусов. Говорю тебе, маскируюсь. Дай пожрать.

— У тебя деньги кончились? — поинтересовалась она, ставя перед ним кастрюлю, — так оставайся, я тебя усыновлю.

— Отвали, а то я тебя уматерю. А моих денег еще на твоих внуков хватит. Где муж?

— На работе. А зачем он тебе?

— Молчи, женщина, твое дело капусту жарить, — он аппетитно чавкал, — приготовь постель, я у вас на пару дней останусь. И дай телефон супруга.

4

Вечером мужчины долго разговаривали, запершись в кабинете, предусмотрительный Сема заставил ее включить музыку и телевизоры во всех комнатах, и подслушать не было никакой возможности.

Исчез гражданин Теплый через два дня, по-английски, через окно. Собирая белье с его кровати, расстроенная хозяйка заметила золотой кулон, видимо потерянный гостем. При ближайшем рассмотрении это оказался небольшой медальон в виде жука. Спинка насекомого откидывалась, и внутри рукой Семы был написан ее портрет. Даша принюхалась, краска была совсем свежей, наверное, он решил преподнести ей подарок в самый последний момент. Вокруг портрета шла надпись, стишок, судя по всему собственного сочинения: «Когда решишь ты разобраться в свете, сотри весь грим на собственном портрете».

Она засмеялась, художник до отвращения ненавидел женскую косметику. Теплый свято верил, что человек должен оставаться чистым и первозданным, как создала его мать-природа, а одежда, украшения, косметика — это лишь способ прикрыть грязь и пустоту души, и доверять можно лишь людям, которые не пользуются даже дезодорантами. Дашу всегда веселили его рассуждения, и она, подначивая художника, обзывала его идеальных людей простыми вонючками. Сема не злился, просто мазал масляной краской ее по щеке и приговаривал:

— Любишь краситься, на тебе перманентный make-up[11] .

С тех пор Даша ничего о нем не слышала, но не сомневалась, что однажды он обязательно появится на пороге ее дома с очередным чудачеством.

5"

"Молодая женщина закончила уборку и прошла в ванную комнату. Зачем ему понадобились все негативы? — размышляла она, снимая макияж.