Дело чести

Эдит это забавляло: она на цыпочках ходила по номеру, лихорадочно сверкая глазищами, строила мне уморительные рожи и вообще всячески развлекалась, никак не желая проникнуться серьезностью ситуации. Потеряв кучу нервных клеток в бесплодных попытках привести свою расшалившуюся пассию к нормальному бою, я в конце концов плюнул на это дело, свернул репетицию и, засадив в гнездо диктофона штекер наушников, начал прокручивать то, что у нас получилось.

Получилось вполне прилично — если Эдит ничего не перепутает, в нужный момент наше аудиоухищрение должно сработать. Промотав пленку до нужного места, я положил диктофон на стол, сообщил Эдит, что мне нужно еще раз продумать все детали, и уединился в ванной комнате.

Глядя на мощную струю, взбивавшую фантастическую пену (переборщил с хвойным экстрактом), я сопоставлял все «за» и «против» и по мере наполнения ванны все больше приходил к выводу, что план мой почти такой же фантастический — если удастся осуществить его, это будет жуткое везение. Если с самого начала обстоятельства для выполнения моего проекта можно было охарактеризовать как просто неблагоприятные, то вмешательство сверхбдительного Эля делало эту неблагоприятность катастрофически безнадежной."

"Не секрет, что город наводнен представителями разнообразных ичкерских спецслужб: за каждым чужаком установлен тщательный визуальный контроль; организовано прослушивание телефонов, гостиничных номеров и транспорта; за иностранцами контроль усилен — цэрэушник Фил, хорошо разбирающийся в такого рода хитростях, каждый раз жалуется, что по городу за ним с Грегом ездит и ходит целый взвод соглядатаев. Позвонить с телефона-автомата в городе не представляется возможным: я пытался сделать это и тут же отказался от ненужных потуг — возле каждой будки куча каких-то странных типов в полувоенном прикиде, которые открыто проявляют болезненное любопытство, вытягивая шею и чуть ли не засовывая голову в будку. Поэтому мне пришлось прибегнуть к помощи Эдит, которая умудрилась открыть шпингалеты на окне в номере датского мостостроителя Бермана (испытываю жгучую ревность новоиспеченного собственника — каким местом моя красавица это дело устроила?!) и разузнала его распорядок дня — более позвонить Гасану было неоткуда! Далее: гостиница располагается в обширном дворе, который в ночное время хорошо освещается и прекрасно просматривается вкруговую через витрины вестибюля и окна служебного цокольного этажа. В вестибюле постоянно дежурят целое отделение вооруженных охранников и парочка людишек небезызвестного вам Эля Бичкаева — охраняют импортных гостей от разнообразных неожиданностей вроде бы цивилизованной республики. А посему — выскользнуть незамеченным из здания гостиницы нечего и мечтать.