Дело чести

Он видит все, он знает, как надо…

— Я твой Шива в гробу видал! — сердито воскликнул Рустем и вдруг перешел на шепот:

— Слушай, Иван… А ведь Аслан насчет тебя ничего не сказал! Он сказал только насчет врача… Значит, он про тебя ничего не знает — так выходит?

— Откуда вашему Аслану знать про какого-то шелудивого бродягу? — философски заметил я и тут же спохватился, почуяв какой-то подвох. — Нет, в принципе, если мой приятель сказал ему…

— Ни хера он ему не сказал, — оборвал меня Рустем, плотоядно сверкнув глазами. — Если бы Аслан знал про тебя, он бы мне так и сказал: «У тебя там есть вшивота одна, отдай его моему другу…» Да, так бы и сказал. Какой смысл ему недоговаривать? У него времени нет на всякие недомолвки — человек государственными делами занят… Ты меня понял, Иван?

— Если честно — не совсем, — признался я, чувствуя, что события начинают принимать непредсказуемый оборот, чреватый самыми плачевными последствиями. — Ты лучше скажи прямо, Рустем, что ты хочешь. Мы люди темные, интригами не привыкли заниматься…

— Я тебя убью, — простецки заявил Рустем. — Твой врач приедет, а тебя нет. Врубаешься? Бабок нет — и товара нет. А у русских говорят… Ты знаешь, как у русских говорят, шпион?

— Говорят — на нет и суда нет, — автоматически пробормотал я, лихорадочно соображая, как мне выпутаться из этого нового витка пертурбаций. — Ннн-да… Кино и немцы… Не делай этого, Рустем, будут тебе деньги. Триста штук — вряд ли, но пятьдесят, как и обещал, получишь.

— С гостя деньги не берут, — упрямо пробормотал Рустем и покосился на дверь, видимо, намереваясь кликнуть верного Юсупа. — Если Аслан узнает, что у меня был человек, за которым приехал этот врач, и я за это взял с врача бабки, он меня не поймет. Так что…

— Не обязательно, чтобы Аслан узнал об этом, — мягко возразил я. — И потом — этот мой приятель понятия не имеет о законах вашего гостеприимства и особенностях внутриклановых отношений. Он просто хочет забрать меня отсюда, нюансы его совершенно не интересуют. Так что не торопись выводить меня в расход — я тебе слово даю, что в накладе ты не останешься. Мы что-нибудь придумаем…

Мы действительно придумали. Спустя сутки после разговора с Рустемом в Геддаш прикатила эта самая эпидемиологическая комиссия во главе с Грегом, состоящая из трех американцев и сопровождаемая на всякий случай конвоем вооруженных охранников числом семь. Возглавлял конвой племянник Аслана Батраева — Рашид. Как видите, вельможный дядька резко залюбил шотландца уже с первого раза, даже родного племянника не пожалел для обеспечения безопасности гостя.