Дело черного мага. Том 1

Все, что было несущественно и маловажно, засыпало в ночном городе или пряталось там, где еще оставался свет.

Возможно, поэтому на ночных улицах Маэрс-сити было куда свободнее, чем днем.

Правды всегда меньше, чем лжи.

Так что неудивительно, что уже вскоре Алекс обнаружил себя идущим по знакомым улицам Хайгардена. Дошел ли он сюда пешком или доехал на чем-то, Дум и не помнил.

Он шел по тем местам, где прошло его детство. Если оно вообще у него было.

Почему-то ему вспомнилась сцена из далекого прошлого.

Высокие здания, прикрывающие собой небо, казались шестнадцатилетнему юноше угрюмыми и молчаливыми великанами. Они степенно возвышались над дорогой, словно охраняя машины от любопытных взоров.

Порой в воздухе вместе с паром, клубящимся вокруг канализационных люков, Алекс чуял запах дешевых развлечений.

Он немного притормаживал у притонов, смотря на то как зачастую некрасивые, обильно накрашенные женщины смеются в объятиях пьяных мужчин.

С детства Дум не любил такой смех, пусть он и звенел в ушах, но глаза подобных женщин были строги и холодны, как у рабочего на второй смене за ночь.

Алекс дал газу, и стальной конь помчался в никому не известном направлении. Во рту Дума тлела сигарета, оставляя за собой исчезающий дымный след. Иногда юноша делал столь резкий поворот, что колени его почти касались асфальта, до которого оставалось всего несколько сантиметров.

Вот в очередном проулке, окутанном туманом и паром, тройка громил избивала паренька, а рядом кричала девушка, у которой из рук выхватывали сумку.

Всего через дом, в кафе, посетители аплодировали другому парню, который стоял на коленях перед обескураженной леди, дрожащими руками принимавшей красную коробочку со сверкающим кольцом.

Ночной Хайгарден знал всякое…

В подворотне за кафе сидел умирающий человек, пытающийся согреться о блохастую собаку – единственное существо, которое он любил и которое любило его.

Рядом у дороги стояла богатая семья, глава которой ловил такси. Что они забыли в такой дыре? Может, по ошибке вышли не на той станции метро?

Мать – в шубке, в золоте и бриллиантах, дети – двое парнишек – в костюмчиках, которые выглядели скорее смешно, нежели официально. У младшего в руках был надувной шарик, который он хотел отнести бомжу, но мать отвесила ему подзатыльник, и парнишка замер, с извинением поглядывая на грустную собаку и почти уже отошедшего человека.

Кто из них имеет больше шансов дожить до утра – бомж или семейка, – тот еще вопрос.

Через квартал на скамейке сидела парочка, у которых явно был первый поцелуй, а дальше, в кустах, всего в сотне-другой метров, мужик в маске насиловал женщину, рот которой был забит какой-то тряпкой.