Дело беглеца

Многие факты указывают на это.

– Тогда дополнительный вопрос. Не повлечет ли ваш побег неприятности у Эберхарта?

– Нет, не думаю. Мы не афишировали свои отношения. Он работает на Фельдештрассе, а я – в центре оперативной работы на Ульрихштрассе…

– Хорошо, продолжайте.

Вайсман продолжал. Повествовал о звонке Эберхарта, о предложении встретиться. Отто шапочно был знаком с этим человеком – пересекались по работе. Очевидно, Эберхарт навел о нем справки и знал о его злоключениях. Встретились в парке. Не сказать, что Вайсман был поражен сделанным предложением, но растерялся. Впрочем, ненадолго.

– Эберхарт настаивает, чтобы к нему пришел человек из КГБ… Я скажу адрес…

«Знаем мы ваш адрес», – подумал Михаил. Невольно задумался: западня? С целью захвата простого связного из комитета, не владеющего сногсшибательными секретами и которого в итоге все равно придется вернуть в ГДР? Тупо. Игра крупнее? Или нет никакой игры, а есть искреннее желание двух людей навредить обидевшему их Западу?

– Вам известна мотивация Эберхарта?"

"– Признаться, нет. – Вайсман чуть помедлил. – Лично мне безразлично. Не думаю, что наши с ним мотивации сильно разнятся.

В данный момент это и вправду не имело значения. Личная встреча с Эберхартом имела смысл, комитет ничем не рисковал. И провести ее должен один из сотрудников КГБ, сидящих в посольстве.

Беседа продолжалась еще какое-то время, наконец Вайсман выдохся, замолчал.

– Я вам верю, Отто, – сказал Кольцов. – Все необходимые действия будут предприняты. Прошу простить моих коллег за то, что распускали руки. Больше такого не повторится, им сделают внушение. Вас переведут в гостиницу, где вы будете иметь всё необходимое. Я прослежу, чтобы это случилось уже сегодня. В дальнейшем вам предоставят жилье и хорошую работу.

– О Иисусе… – пробормотал, покрываясь красными пятнами, немец. – Уже и не рассчитывал такое услышать… Поверьте, я не двойной агент, не провокатор. Людвиг Эберхарт существует и хочет сотрудничать с КГБ. Но он не хочет покидать территорию Западного Берлина, где провел почти всю свою жизнь…

Глава пятая

Мысли, словно птицы в клетке, бились под черепом, им не хватало простора. В сквере было тихо, хвойные деревья глушили уличный шум. Михаил бродил по дорожкам, поглядывал на мирных берлинцев. Прошли молодые полицейские в темной форме, смерили чужака придирчивыми взглядами, но решили не останавливать. Погодные условия портились – похолодало, усилился ветер, но столбик термометра пока еще держался в плюсовой зоне. В голове проигрывалось завершение беседы с Вайсманом. Человек расслабился, лоб покрылся испариной.

«Вы же понимаете, герр Вайсман, что в Штази все равно узнают о нашем уговоре? Мы не можем действовать автономно – даже если бы захотели.