Дело Аляски Сандерс

Она ответвлялась от шоссе 21 в Маунт-Плезант, тянулась десять километров по лесу и выходила на шоссе 16.

– “Шоссе для мудаков” проложили после крупного пожара в Йеллоустоне в восемьдесят восьмом году. Лесная служба сочла, что нужно обеспечить быстрый доступ в глубину всех национальных лесов, чтобы экстренные службы могли быстро потушить пожар. По этому случаю лесничие получили возможность провести значительные санитарные вырубки в чащах – раньше там все было запущено из-за отсутствия доступа. То есть идея была неплоха, но этой тропой, предназначенной для пожарных и лесной службы, вскоре стали пользоваться все кто ни попадя. И конца этому нет: автомобили, квадроциклы, мотики и все такое. Бывают люди, которые даже лодки свои по ней везут на озеро Скотэм! Отсюда и трейлер этот заброшенный, годами там стоит, и никто его не забирает. Мои парни без конца про него твердят. А я что должен делать? Обращался в мэрию Маунт-Плезант, а они мне отвечают, что это не по их ведомству, ссылаются на то, что лес национальный, то есть федеральный. Но вы же понимаете, Вашингтону плевать с высокой колокольни на какой-то трейлер, гниющий в Нью-Гэмпшире на берегу озера. Я хотел поставить шлагбаумы на въезде и выезде с тропы, но мне отказали – видите ли, пожарные в случае чего могут оказаться взаперти, не зная, у кого ключ. Все, что мы можем, – это выявлять нарушителей. Записываем номера, составляем протокол, заносим его в базу с соответствующим рапортом. А потом Вашингтон его рассматривает и назначает штраф. Вы представляете, какой бардак? Да и парни мои – лесники, а не контролеры!

– Значит, у вас есть папка со всеми этими протоколами?

– Есть."

"Спустя несколько секунд Гэхаловуд и Вэнс уже сидели у компьютера. На экране перед ними был список протоколов, составленных лесниками за последние недели. Их в самом деле было очень мало. Поэтому полицейские сразу заметили машину, на которую протокол был составлен в субботу, 20 марта. Машину, уже хорошо им знакомую: черный “форд таурус” с нью-гэмпширским номером SDX8965. Машину Уолтера Кэрри. Рядом стояла помета: КМ1, припаркованная пустая машина.

– КМ1? Что это значит? – спросил Гэхаловуд начальника отделения.

– Это значит, что машина стояла на первом километре тропы. Это позволяет сориентироваться, если протокол опротестуют. Да, потому что когда Вашингтон назначает штраф, виновник может его опротестовать, и дело опять попадает к нам. Мы должны представить “разъяснения”. Сущий ад это все, скажу я вам.

– Чему соответствует первый километр? – спросил Вэнс.

Начальник отделения повернулся к карте и ткнул пальцем в первый километровый отрезок, обозначенный незаметной черточкой:

– На этом самом отрезке находится заброшенный трейлер, – пояснил он.