Делирий

Очевидно, на мгновение Роман утратил контроль над собой, хотя уже умел защищаться от пси-стрел операторов класса Арчибальда Феллера. Слишком ошеломляющим было открытие! Щупальце вдруг выстрелило в него ветвистым побегом, и голову потряс колюче-ослепляющий удар: будто её пронзили иглы и шипы крапивы!

Сознание померкло.

Роман судорожно натянул на себя зеркальный колпак защитной поляризации, попытался перейти на другой уровень мышления, на третий, на четвёртый, но каждый раз «крапива» настигала и беспощадно колола и рвала сознание на тающие вихрики боли.

Спасительная мысль пришла, когда он был уже почти слеп и глух: перенаправить «щупальце» гипнотической атаки в иной живой объект! И он метнулся из последних сил по Пскову, выискивая мало-мальски подходящий живой организм, обходя эгрегоры человеческих коллективов, пока не наткнулся на звериный эгрегор, не имеющий признаков высокой сознательной деятельности.

Это был зоопарк.

Роман слепо пошарил лучом своего «пси-локатора» по вольерам и площадкам зоопарка, налетел на чьё-то огромное тело и нырнул в него как в омут, таща за собой щупальце вражеской злобы. Сбросил «хвост», растворился в довольно большом мозге обладателя массивного тела (кажется, это слон), отключил сознание… и на несколько мгновений пришёл в себя, осознавая, что ему удалось оторваться от ментальной погони. Вокруг качалась и плыла обстановка псковской квартиры."

"Тогда он дотянулся до телефона, с трудом отыскал в меню номер Вьюгина:

– Афоня…

– Рома? – отозвался Афанасий с удивлением. – Рад слышать! Что-нибудь удалось?…

– Молчи! В тридцати километрах… на северо-запад… под водой подлодка… намеревается…

– Не должно быть никакой там подлодки, пограничники обследовали океан в радиусе…

– Не перебивай! Подлодка контролируется… лежит на дне давно… хочет пустить торпеду в момент откачки нефти… проверьте…

– Хорошо, проверим, хотя я сомневаюсь. Что с тобой? Ты заболел? Голос какой-то странный.

– Меня… подстрелили…

– Что?!

– Конец… связи…

Афоня говорил что-то ещё, но Роман его уже не слышал.

Перед глазами проявилось чистое встревоженное лицо Юны, губы девушки дрогнули, выговаривая его имя, и он окончательно потерял сознание.

КОЧЕВНИК

1

Дождь сыпанул в стекло хрустальной дробью, и Роман очнулся. Повернул голову, глядя на клочок хмурого неба. Перевёл взгляд на висящий на стене календарь. Никто его листочки не переворачивал, но Роман и так знал, что пролежал в постели неделю, и на дворе уже не июль, а начало августа.

На мгновение вернулось страшное ощущение п о г о н и, пережитое им во время схватки с мысленно-волевым «щупальцем», инициированным мощным пси-оператором, возможно даже – кем-то из Поводырей.