Деликатесы Декстера

— Он нас действительно здорово бил, — объяснила Эстор так, будто это в порядке вещей.

— Понимаю, — кивнул Брайан, — это и послужило Травматическим Опытом, который делает нас такими, какие мы есть.

— Пожалуй, так, — согласился я.

— И что ты делаешь с этим восхитительным нетронутым потенциалом? — спросил Брайан, не отрывая взгляда от Коди.

Я почувствовал себя очень неловко. До недавнего времени я планировал привести их на Путь Гарри, а теперь был совершенно убежден, что этого делать не следует. Так или иначе, мне не хотелось об этом говорить. Не сейчас, во всяком случае.

— Давай зайдем в дом, — предложил я. — Не хочешь чашечку кофе?

Брайан перевел свои пустые немигающие глаза с Коди на меня.

— С удовольствием, братец, — согласился он и, бросив на детей еще один взгляд, пошел к двери.

— Ты никогда не говорил, что у тебя есть брат, — заметила Эстор.

— Как мы, — добавил Коди.

— Вы никогда не спрашивали, — парировал я, чувствуя странную необходимость защищаться.

— Ты должен был сказать, — настаивала Эстор, и Коди посмотрел на меня обвиняющим взглядом, будто я предал их доверие.

Но Брайан уже стоял у двери, и я был вынужден отвернуться от детей и пойти за ним. Они шли следом, продолжая злиться, и я понял: мне придется еще об этом услышать. Что я скажу Рите, когда она задаст мне тот же вопрос? А она непременно его задаст. То есть да, конечно, я никогда не говорил им о своем брате. Брайан был таким же, как я, но без ограничений, наложенных Гарри, поэтому он оставался, как говорится, Диким Декстером, и что я мог сказать о нем? Лучше всего я мог представить его фразой: «Это мой брат — спасайся кто может!»

В любом случае я не думал, что увижу его еще раз после той краткой и головокружительной встречи. Я даже не знал, выжил ли он. Он выжил, да. Но зачем он вернулся? Гораздо разумнее было бы оставаться как можно дальше от Майами и Деборы, которая его не забыла. Их встреча оказалась не из тех, которые легко забываются, и, помимо всего прочего, Дебора являлась тем человеком, который получает удовольствие, арестовывая таких, как Брайан.

Совершенно ясно: он появился здесь не из сентиментальной привязанности ко мне. Он не был сентиментальным и не имел привязанностей. Так почему же он здесь, и что мне с этим делать?

Брайан стоял у входной двери и смотрел на меня, подняв бровь. По всей видимости, первое, что мне следовало сделать, — это открыть дверь и впустить его. Так я и поступил. Он слегка поклонился мне и вошел. За ним последовали Коди и Эстор.

— Какой очаровательный дом, — сказал Брайан, оглядывая гостиную, — здесь все так по-домашнему.

На смятом покрывале дивана лежала груда DVD-дисков, на полу валялись носки, на кофейном столике — две пустые коробки из-под пиццы.