Дела эльфийские, проблемы некромантские

Мудрыми мыслями мой мозг не изобиловал, а брякнуть по привычке «да та еще паразитка» не позволил новоприобретенный — хоть пока и не привычный — статус.

— Что ж. Прозвучало вполне в духе вашей профессии, — снисходительно усмехнулся ректор. — Думаю, вы подружитесь с нашими студентами. Столь… своеобразный человек здесь не пропадет.

— Я не человек, а некромантка, — ухмыльнулась я. — И это куда веселее.

— Вы меня убиваете, — тихо проговорил сир де Асти, так что мне удалось лишь прочитать это по его губам.

— Так я же вас и оживлю, — пожала плечами я и сделала в уме заметку приубавить свое резко прогрессировавшее остроумие. А то окажусь не только одним из самых молодых преподавателей, но и самым быстро «спроваженным на вольные хлеба».

Ректор, в общем-то, не стушевавшись, спокойно продолжил представлять остальных преподавателей. На слух воспринимать их имена было почти невозможно, многие напоминали простой набор букв, зато я почти не удивилась, узнав, что встретивший меня на пороге господин Алмор — декан одной из четырех Башен[9] Академии. Рядовому преподавателю вряд ли удалось бы оказаться в непосредственной близости от сира де Асти на таком торжестве.

На всякий случай я сползла под стол, желая стать менее заметной. Уронить мокрые сумки, чуть не покалечив декана собственной Башни. Хотя он сам виноват, что так несолидно выглядит. Даже если ему было лет пятьдесят-шестьдесят — по эльфийским меркам он считался бы несмышленым юнцом, едва миновавшим совершеннолетие, а возраст полукровок можно было смело делить на два.

Впрочем, здесь многие не вписывались в облики, которые так любили изображать вольные художники: деканов они видели исключительно грозными старцами в мантиях, ректор, по их мнению, обязан быть этаким звездочетом с бородой до колен, а сотворенные ими ученики больше походили на результаты моей работы, по крайней мере если судить по полному отсутствию печати разума на совершенно потерянных лицах.

Церемония подошла к концу. Оставив учащихся истреблять угощения и наконец-то слушать друг друга, а не ректора, преподаватели перекочевали в Малый зал, где уже и нам позволили расслабиться, а заодно и присмотреться к новым коллегам."

"Господин Алмор сидел отдельно от всех на широком подоконнике и изучал пергамент, а я мялась чуть поодаль, не решаясь подойти. Словно ощутив мой взгляд, он поднял глаза и с улыбкой махнул рукой, подзывая. На всякий случай оглянувшись — точно ли мне это предназначалось? — я обогнула нескольких преподавателей и пристроилась рядом.

— Видели расписание свое на завтра? — И он протянул мне свиток.

— Еще нет… господин Ал… — обращаться на «вы» к нему мне удавалось с трудом.

— Можно просто — Лесс, — отмахнулся он, будто прочитав мысли.