Большие дела

─ Из бани сделали склад, ─ продолжает Скачков, ─ и из сарая тоже. Сарай пустой, в бане виски и коньяк. Но немного. Мы с Физруком вдвоём таскали.

─ Отлично, — киваю я. — Есть вопросик, Виталий Тимурович. Думаю, ещё до Нового Года мне потребуется послать десант в столицу.

─ А как мы добро-то повезём? ─ хмурится он.

─ Добро будет уже там. Как придёт, так сразу и объявим высадку.

─ Сколько людей? ─ спрашивает он.

─ Человек десять, я думаю. Там ещё и бандюки поучаствуют на нашей стороне, так что, полагаю, преимущество будет у нас.

Тимурыч трёт лоб, соображая, как это всё организовать.

─ Кого оставите вместо себя, ─ меняю я тему, ─ если получится перевести вас в Москву?

─ Я, ─ хмыкает он, ─ вроде ещё и согласия не дал, а ты уже спрашиваешь, кого за себя оставлю.

─ Ну, Физрука, наверное. Он боевого опыта не имеет, но организатор хороший и тренер из него выйдет, он, скажу тебе не слабо так поднабрал очков, отлично борется.

─ А народ-то пойдёт за ним, если он не кадровый?

─ Не знаю, ─ пожимает он плечами. ─ Это проблема, конечно, но ему бы я дело доверил. Он в армии служил, уже не нулёвый… Не знаю, Егор, подумаю ещё.

Я осматриваю всё хозяйство, а потом мы берём трёх человек на сегодня на охрану казино и возвращаемся на стадион. По пути обговариваем, как будет строиться охранная работа. Теперь это наша задача. В принципе, я даже рад, что влияние блатных сокращается. Думаю, подобный подход нужно будет ко всем остальным точкам применить. И, в первую очередь, в Москве.

Ещё я прошу подобрать водителя на время, пока Паша будет в больнице и, не вдаваясь в подробности, рассказываю, что с ним случилось.

В казино я ввожу парней в курс дела и, забрав Игоря, еду дальше. У меня ещё четыре важных пункта в маршрутном листе ─ Ефим, Печёнкин, Куренкова и Куренков. Грядут перемены и мне надо, чтобы моя гвардия была во всеоружии.

Начинаю с Печёнкина. Хочу прощупать, что у него за настроение и не строит ли он новые козни. За всеми здесь глаз да глаз нужен.

─ Дружкина Лариса, ─ радостно восклицаю я, появляясь в приёмной начальника областного УВД.

─ О, Брагин, ─ кивает она безо всякого интереса.

─ Ты почему не радуешься моему появлению? ─ строго спрашиваю я.

─ Радуюсь, ─ пожимает она плечами, вероятно давно вычеркнув меня из списка претендентов на своё сердце.

─ Держи. Специально ради тебя в очереди стоял.

Я кладу перед ней пакет с конфетами. Московская карамель. Раковые шейки, Мечта, Москвичка, Московская, Снежок…

Глаза Дружкиной теплеют, а губы расплываются в улыбке.

─ Московская что ли? ─ уточняет она.

─ Ну, разумеется, душа моя. Ешь, тебе можно, ты вон какая худенькая.

Она улыбается ещё теплее, и в глазах вновь зажигается томный кокетливый огонёк:

─ Специально для меня в очередь вставал?

─ Да, ─ соглашаюсь я.