Декстер в деле

Даже Винс Мацуока поддался всеобщему настроению: принес пончики (второй раз за эту неделю!) и исключительно из сочувствия оставил мне тот, что с кремом.

— Как она? — спросил он, протягивая пончик.

— Потеряла много крови, — сообщил я, ради хоть какого-то разнообразия, пока язык не отсох от бесконечных повторений одного и того же. — До сих пор в реанимации.

— В «Джексоне» лечить умеют, — заметил он. — Практики много.

— Лучше бы на ком другом практиковались, — отозвался я, прожевывая пончик.

Я успел посидеть у себя за столом всего десять минут, когда мне позвонила Гвен, личная помощница капитана Мэттьюса.

— Капитан вас ждет немедленно, — потребовала она.

— Какой красивый голос… то светлый ангел Гвен! — протянул я.

— Он сказал, немедленно! — отрезала она и повесила трубку.

Через четыре минуты я появился в приемной начальства, где и узрел Гвен собственной персоной. Она всю жизнь была помощницей капитана, с тех давних пор, когда звалась его секретаршей, причем по двум причинам. Во-первых, она невероятно эффективно работала. А во-вторых, была невероятной простушкой и ни одной из трех капитанских жен не удавалось придумать против нее ни малейшего возражения.

— Ах, Гвендолин, — начал я, — сладкоголосая сирена Южного Майами…

— Забудьте о нем! — попросил я. — Летим со мной, к прекрасной буйной жизни!

— Идите! — Она кивнула на дверь. — В переговорную.

Странное место, чтобы принести мне официальные соболезнования… Впрочем, он капитан, а Декстер только пыль у дороги, поэтому я пошел куда сказано.

Капитан Мэттьюс и впрямь меня ждал. Равно как и множество других людей, по большей части мне знакомых. Среди них был Исраэл Сальгеро, руководитель отдела внутренних расследований и уже сам по себе плохая новость для всех и каждого. Рядом с ним сидела Ирэн Каппучио, которую я знал в лицо и по репутации, — старший юрист управления появлялась редко, лишь когда против нас выдвигали серьезные обвинения в суде. Дальше сидел еще один полицейский юрист, Эд Бизли.

Напротив располагался лейтенант Штейн, специалист по связям с общественностью и мастер формулировок, представляющих нас бравыми полицейскими, а не бандой варваров. Короче, в такой компании Декстеру вряд ли удастся расслабиться.

По соседству с Мэттьюсом сидел незнакомец, явно не полицейский, судя по покрою откровенно дорогого костюма. Чернокожий, с важным и снисходительным выражением лица; его бритая голова блестела так ярко, словно была натерта мебельной полиролью. Когда он пошевелил запястьем, из-под рукава сверкнули огромная бриллиантовая запонка и часы «Ролекс».

— Морган, — произнес Мэттьюс, и я помедлил в дверях, пытаясь побороть панику. — Как она?

— Ну, я уверен, все мы… э, надеемся на лучшее.