Действуй, дядя Доктор!

Еще двадцать минут на завтрак, который так уж и быть за твое гостеприимство я тебе сейчас приготовлю. А дальше ты откроешь ворота, которые не поддаются никаким моим манипуляциям и выпустишь меня отсюда, - поправляя на себе пиджак, строго произносит Лена. Не знаю, когда встала, но переодеться, равно как и сделать новый макияж и прическу, она успела. - В восемь я должна быть дома. Отсчет пошел, - деловито сообщает она, привставая с кровати. Хватаю ее за руку и возвращаю на место.

- А что будет в восемь утра дома? Какой-то фильм или программа «Как приказывать людям делать что-либо и не получить за это люлей?»

- А что есть такие программы? - одергивает мою руку. - Надо будет обязательно посмотреть, может чего нового почерпну для себя, - с натянутой улыбкой произносит она, обводя указательным пальцем край нижней губы. А я только сейчас осознаю, что на ней красная помада. Красиво, но почему-то раздражает. - Спасибо за подсказку. Я, правда, не обязана отчитываться перед тобой, но если тебе так интересно, мне надо быть дома в восемь утра, чтобы приготовить Саше вкусный субботний завтрак, пока она спит. Живее, Андрей. Уже двадцать девять минут на...

Договорить я ей тупо не дал. В мгновение повалил на кровать так, что фактически пригвоздил ее руки над головой. Где-то на подкорке чувствую, что хожу по лезвию. Не стоит к ней применять хоть какую-то физическую силу, но голова и руки работают не всегда в тандеме. Хотелось бы ошибаться, но почти со стопроцентной уверенностью версия о несчастной первой «любви» разбилась в пух и прах о куда более паршивую картинку. Спросить в лоб и подтвердить свои догадки об изнасиловании – пока не представляется возможным. Это незамедлительное «пошел на хер» и удар по яйцам. Чуть ослабляю хватку на ее сцепленных руках.

- У тебя несколько искажено обо мне представление, Лена. Если я с тобой добр и терпелив, это не значит, что так будет всегда. Мне, как и всем, свойственно психовать. Вспоминай иногда, что я не твой подчиненный, который терпит тебя за хорошую зарплату. И твои указания я выполнять не буду. Спрячь свои искусственно наращенные яйца. Я готов уступать, а не как собачка выполнять твои команды. И не психуй из-за того, что вчера оставил тебя одну. Ты же умная девочка, сама можешь обо всем догадаться. Кстати, Саша – не малыш, она сама в состоянии приготовить себе завтрак. Едой ты не исправишь чувство вины за свое ночное отсутствие. Ты бы лучше с этим самым необоснованным чувством работала и отдавала приказы ему. А мне это делать не надо. Для справки, я завтракаю медленно. Минимум сорок минут. Я отвезу тебя домой к девяти, а перед этим мы заедем в пекарню и купим Саше вкусный завтрак. Надеюсь, все понятно? - отпускаю ее руки. Молчит. Это плохо. Уж лучше бы на хер послала.