Хронос и Деймос (СИ)

Отвести от Северуса беду, не позволить змеелицему монстру терзать его Круцио, вторгаться в разум, потрошить душу. Он сжимал зубы и глухо рычал, чувствуя себя тигром, заточенным в клетку собственного чувства, не позволявшего ему унизить Северуса неверием, бросившись ему на помощь. Самолюбивый Снейп такого не простит. Никогда.

Критчер не совался. Он, получив четкие инструкции по поводу того, как следует себя вести, когда дом наполнится посторонними, приводил в беспорядок открытые для общего пользования комнаты, создавая вид давно нежилого дома и ворча себе под нос, что посуду следовало бы убрать всю, не говоря уже о мебели и прочем имуществе древнего благородного рода Блэков.

Деймос ждал. Ждал, давя в себе совершенно нестерпимое беспокойство. Сердце билось где-то в горле, от сигарет было горько во рту, а руки сами тянулись то к палочке, то к кольцу. Артефакт, связывающий его с супругом, молчал, это могло значить все, что угодно, несомненным было лишь то, что Северус жив.

Наконец, около половины пятого утра сработал камин, выпуская из своей хищной пасти бледного, но вполне невредимого Снейпа. Тот, поморщившись, одним взмахом палочки очистил воздух, после чего рухнул в кресло, призвав из бара стакан и початую бутылку виски, к которой Деймос так и не прикоснулся, опасаясь за будущее Британии – во хмелю он бывал буен.

- Третьего допроса я не выдержу, - предупредил Северус, отпивая неразбавленный виски.

Деймос молча опустился у его ног и уткнулся лицом в жесткие колени.

- Какой же ты еще мальчишка, - устало сказал Снейп. – Все хорошо. Лорд пока что поверил. Альбус тоже. Поднимайся, нужно поспать хотя бы несколько часов.

Деймос разул его, оглаживая вздувшиеся от усталости синие вены, нежно поцеловал высокий подъем, тонкую щиколотку, сухую теплую ладонь, запутавшуюся у него в волосах, расстелил постель и принялся раздеваться. Через несколько минут он уже спал, уткнувшись в пахнущие травами тяжелые волосы Северуса, крепко прижав его к себе, заперев глубоко внутри все те слова, что родились в нем за те мучительно длинные часы, проведенные в ожидании. Любовь к супругу не позволяла ему вывалить на того все свои переживания, не облегчив его и без того неподъемную ношу, а делая ее еще тяжелее.

***

- Хозяин, - Критчер теребил кончик одеяла, в которое Деймос завернулся сам и упаковал Северуса, прижав его к себе так, что если бы не зверская, нечеловеческая усталость, он бы никогда не заснул в таком положении.

Деймос открыл глаза, пытаясь понять, где он находится.

- Чего тебе, Критчер?

Домовик поправил на себе отвратительно грязные тряпки, в которые был одет, и недовольно прокаркал:

- Хозяин Северус опоздает на завтрак.

- Спасибо. Что это на тебе наверчено?

- Критчер безутешен, - без капли юмора отозвался домовик.