Дефиле озорных толстушек

К ней по большей части именно так и обращаются, но Валя не обижается. Она дама незлобивая, веселая, с легким характером. Ее алкогольная зависимость народу особых проблем не создает – Мухоморина не скандалит, не буянит, деньги на бутылку у соседей не вымогает, тем более ничего не крадет. Она практикует простые бартерные сделки, вроде: «Я в дождливый осенний вечер погуляю с вашей собачкой, а вы мне за это рюмашку нальете».

– Красивая шуба, – похвалила Мухоморина и хотела еще что-то сказать, но тут из горних высей донесся негодующий крик:

– Индия, где ты? Немедленно покажись!

– Нет, только не это! – я едва не заплакала.

Судя по голосу, Индию желал увидеть не какой-нибудь путешественник Афанасий Никитин, а моя милая мамочка. Значит, она высунулась в окошко, дабы проверить, хорошо ли я гуляю с ее любимыми бобрами!

Зная свою упрямую маменьку, я была уверена, что она не перестанет оглашать окрестности призывными криками, пока не увидит меня и шубу чинно шествующими по двору. Мне же совсем не хотелось гулять в дурацких мехах под насмешливыми и сочувственными взглядами десятков пар глаз. Можно не сомневаться, мамулины вопли уже обеспечили приток к окнам множества заинтересованных зрителей!

– И чего кричит, народ тревожит? – добродушно посетовала невозмутимая Мухоморина.

Я взглянула на нее, и у меня родился гениальный план.

– Валентина! – вкрадчиво спросила я соседку. – Не хочешь ли ты заработать на бутылку?

– А давай! – легко ответила неленивая Мухоморина. – Че делать-то нужно? Командуй!

– Вот, возьми мою шубу, – я сбросила на лавочку бобровые шкуры, – одевайся, выходи из беседки, встань под балконом и помаши ручкой моей мамуле, она на седьмом этаже.

– И все? – удивилась Валька. – В шикарной шубе перед людьми нарисоваться? Да за это не ты мне, а я тебе бутылку должна поставить!

– Как-нибудь обойдусь, – благородно отказалась я.

– Ну, помашу я ручкой твоему мамахену, а дальше что? – не успокаивалась Мухоморина.

– А дальше иди себе по дорожке за угол, – решила я. – Не спеша обойдешь вокруг дома, а потом топай в подъезд, я тебя там встречу.

– Лады! – Мухоморина с нескрываемым удовольствием упаковалась в шубу и повертелась на месте, красуясь передо мной. – Ну, как?

– Шляпу сними! – сказала я, цитируя персонажа «Кавказской пленницы».

– Думаешь, надо? – Валька неохотно рассталась со своим чепцом и тут же нахлобучила вместо него шубный капюшон. – Так хорошо?

– Просто замечательно! Все, иди!

Мамулин неумолкающий крик резал мне уши, и я бесцеремонно вытолкала Мухоморину из беседки.

…Пятак тяжело переживал неудавшееся покушение на Аллу Трошкину. Во-первых, он стыдился неудачи, во-вторых, было просто обидно.