Дед Снегур и Морозочка

Но мне уже ответил женский голос, и мы договорились о доставке и оплате товара. Я едва завершила беседу, как из коридора раздался голос Чеслава:

– Таня, Дима, идите сюда.

Мы потрусили в кабинет начальника, и фразу: «Спасибо, около полуночи меня вполне устроит», – я произнесла уже в комнате Чеслава.

– Что ты собралась делать в столь поздний час? – моментально спросил хозяин кабинета.

Я замялась, а Димон меня мигом сдал:

– Зубы чинить, ей на дом привезут бормашину.

– Все подкалываете друг друга, – успокоился Чеслав, – садитесь и послушайте Леню.

Мы устроились у большого стола, Ярошенко открыл папку.

– Елена Кротова не Елена Кротова, а…

– Галина Юдаева! – подпрыгнула я. – Можно расскажу?

Чеслав укоризненно цокнул языком.

– Пусть говорит, – по-рыцарски согласился Леня, – ну охота человеку первым высказаться.

Когда я завершила свое выступление, Леня похлопал рукой по папке.

– Теперь моя очередь. Я решил проверить, что случилось с Агатой, правду ли говорила Эстер о смерти сестры Тима, и вот что выяснил. В свое время в Москве орудовал серийный маньяк, которого прозвали Дед Мороз.

– Он дарил подарки? – хмыкнул Димон.

– Не смешно, – остановил хакера Ярошенко. – В самом конце декабря, тридцать первого числа, утром или днем в столице находили труп молодой женщины. Несчастная обычно была задушена, затем раздета и оставлена голой. Места, где находили убитых, разнились, они никогда не повторялись. Определить личность погибших не удавалось, все были не судимыми, их никто не искал, отпечатков пальцев в базе не было, зубные карты ничего не давали. Преступник действовал очень осторожно, вероятно, он знал жертв и то, что они не имеют особых примет, ни шрамов, ни татуировок. Следствие тихо въехало в тупик. Один труп в год, как презент под елку. Когда число убитых подкатило к пяти, дела объединили, и стало понятно: орудует необычный маньяк. Удивляла периодичность преступлений, одно за двенадцать месяцев. Потом тип женщин. Да, все были молодые, не больше двадцати лет, но фигура, цвет волос, глаз, рост совершенно разные. Убийца не вступал с несчастными в половые отношения, его интересовал не секс, а убийство. И преступник практически не оставлял следов. Судя по положению тел, а их укладывали в классической позе покойника, на спине, со скрещенными на груди руками, психолог предположил, что преступник испытывает раскаяние после содеянного. А еще останки были завернуты в одеяла, самые затрапезные, такие используют в больницах, армии, детских садах. Начали разрабатывать одеяла, но потом бросили бессмысленные поиски.

– Здорово, – высказался хакер, – задушил, а потом зарыдал.

– Никаких следов жидкости эксперты не находили, – Ярошенко воспринял всерьез слова Димона, – ни слез, ни слюны, ни крови, ни спермы.