Дед Снегур и Морозочка

Часто научные изыскания спонсируют фармакологические корпорации, но ими движет коммерческий интерес, желание выбросить на рынок первыми мощное средство от, предположим, мигрени. Представляете, какое количество людей ринется за таблетками, которые избавляют от изматывающей головной боли? А какой бизнесменам профит от вложения денег в исследование синдрома Фаултона? Ради десятка несчастных никто стараться не станет. Увы, это реалия не только российской, но и западной медицины. Да еще это заболевание официально не признано». «Вдруг нас сейчас смотрит зритель, у которого дома такая проблема, – сказала ведущая, – куда ему обратиться?»

«Родственники могут позвонить в нашу лабораторию, излечивать мы пока не умеем, но имеем определенные успехи, – ответил Козлов, – сейчас занимаемся двумя мужчинами, есть прогресс».

Вера схватилась за ручку, записала номер, продиктованный доктором, сразу набрала его и, – о чудо! – услышала в ответ:

«Если завтра в девять утра я приеду взглянуть на Галину, не нарушу ваши планы?»

Козлов не обманул, точно в назначенный час вошел в квартиру, пообщался с Галей и предложил Вере:

«Я могу забрать вашу сестру к себе, она будет жить в приличных условиях, ею займутся хорошие специалисты. Согласны?»

«Конечно, – выпалила Киселева и испугалась: – Дорого ваши услуги стоят? Мы не богаты».

«Лишнего не возьму», – успокоил врач и назвал сумму.

«Ой, – вздрогнула Вера, – муж не согласится».

«Посоветуйтесь с супругом, – предложил Козлов, – если примете положительное решение, звоните. Но имейте в виду, у меня всего четыре места, два уже заняты. Недуг Галины прогрессирует, через некоторое время вы не сможете оставить ее одну дома, придется уйти со службы, посвятить себя уходу за больной. Муниципальный интернат Юдаеву никогда не возьмет, коммерческие сиделки нынче требуют большое вознаграждение, и они нарасхват, имеют возможность выбора подопечной, к вам не пойдут даже за тройной оклад».

Сердце Веры упало, она была уверена, что Дима откажется платить за Галю, но муж неожиданно обрадовался:

«Я готов жить впроголодь, лишь бы от нее избавиться. Оформляй Галину побыстрее, вдруг все места займут».

– Вы отвезли родственницу Козлову, – уточнила я.

– Верно, – сказала Киселева, – ей там хорошо, не вздумайте меня осуждать! Вы такого не переживали! Козлов сказал, что синдром Фаултона, вероятно, генетическая беда, и меня затрясло! Когда Алиса кривляться начинает, по хребту мурашки ползут: вдруг она в тетку уродилась? И материально нам нелегко, иногда думаю: вот бы эти деньги на себя истратить! Но как представлю, что Галина снова тут у нас рожи корчит, так начинаю Бога благодарить, надоумил меня включить тогда телевизор.

– Дайте адрес лаборатории, – потребовала я, – и телефон врача.