Дед Снегур и Морозочка

Одно время Вера даже подумывала о переходе в другой коллектив, но опомнилась: у каждого творческого руководителя есть своя супруга, любовница, дочь, сестра, лучше остаться на старом месте, где уже завоевала хоть какой-то авторитет. Вера прочно обосновалась в качестве «хорошей исполнительницы», да так и осталась на этой ступеньке. Увы, с лицедейками часто случается подобное, вроде и талантлива, и работоспособна, и симпатична, а играет только в эпизодах. Не досталось Вере везения, удача пролетала мимо.

Зато у Николая Ефимовича дела пошли в гору. Он занял руководящее кресло, вступил в номенклатурные ряды и стал настойчиво вести речь о ребенке. Муж хотел иметь полноценную семью. Вера пыталась забеременеть, но все попытки оказывались неудачными. Актриса лечилась, но, как она ни старалась, каждый раз на втором месяце случался выкидыш.

В театральном коллективе трудно скрыть тайну. Однажды местная уборщица, набожная Олечка, шепнула Вере Кирилловне:

– Господь вам знак дает, надо паломничество совершить. Возьмите, я тут составила список, в какие церкви поехать надо, у каких икон постоять.

Утопающий хватается за соломинку. Верочка, разочарованная в медицине, последовала совету уборщицы. Через год она родила Агату, а вскоре за ней и Тимофея. Став матерью, актриса решительно порвала со сценой, ушла из театра и занялась детьми.

После трагической гибели дочери Вера начала истово следить за Тимофеем. Мальчику предписывалось сообщать обо всех своих планах, звонить матери по десять раз на дню. Тимофею порой было лень искать телефон-автомат, и он несколько часов не давал о себе знать. Когда сын возвращался домой, Вера Кирилловна лежала на диване с гипертоническим кризом. Взрослый человек может понять Морковкину: смерть ребенка самое страшное испытание, которое может выпасть на долю родителей, но Тим считал мать истеричкой и на все ее упреки отвечал: «Прекрати, ничего со мной не случится, я же не идиот, и ребята надо мной издеваются, ни к кому предки так не пристают, как ты ко мне».

Чем старше становился юноша, тем больше портились его отношения с Верой Кирилловной. В конце концов наступил день, когда Тимофей отправился с однокурсниками на чью-то дачу, много выпил, пропустил последнюю электричку, остался ночевать в чужом доме, утром опохмелился с ребятами и ушел в загул на трое суток. Если вы пороетесь в памяти, непременно вспомните похожий казус, произошедший в молодости и с вами.

Едва Тимофей переступил порог отчего дома, как на него налетел Николай Ефимович, который до этого толерантно относился к попыткам сына отвоевать право на самостоятельность.

– Где ты шлялся? – орал отец.