Дебютная постановка. Том 2

В те годы Николай Андреевич видел множество таких же, как его сын и невестка: выброшенных за борт специалистов, никому не нужных и вынужденных зарабатывать чем придется. Чаще всего «челночили», торговали на вещевых рынках, перегоняли из-за границы подержанные иномарки, делали ремонты, работали на стройках, шли в охрану. Да много чем занимались, только не тем, что действительно умели и любили, чему учились долгие годы.

Сестра Нина тоже сняла погоны и ушла из органов, только раньше Юрки, еще в 1989 году, и по другим мотивам. Как только выслужила 25 лет, предусмотренные старым Положением о прохождении службы, так с головой окунулась в мелкий бизнес. Светочка растет, она уже подросток, ей много чего нужно покупать, а сама Нина еще даже до возраста бабы-ягодки не дотянула, сорок пять стукнет только через два года. Она хочет хорошо выглядеть, прилично одеваться, пользоваться импортной косметикой. Она хочет нравиться своему мужчине, который хоть и ненамного, всего на семь лет, но все-таки моложе. Они уже почти год живут вместе, Светочка относится к нему нормально, без восторга, но и без подростковых дерзких грубостей. Так что, бог даст, со временем все сложится и будет у Нины Губановой нормальная семья.

Бизнесом она занялась вместе с женихом. Правда, по-настоящему он никаким женихом не был, о свадьбе никто из них даже не заикался, но как еще назвать мужчину, с которым делишь кров, стол и постель? Сожителем? Грубо и очень по-милицейски. Ну, разве что гражданским мужем, но это годится для посторонних. Жених – оно как-то нейтральнее, да и короче.

Николай Андреевич, несмотря на плохое настроение, даже тихонько улыбнулся, лежа на диване под пледом, когда представил себе, как спрашивал бы много лет назад у сестры: «Как дела? Как Светочка? Как твой гражданский муж?» Он сам первым назвал того мужчину женихом. Нина тогда, помнится, посмеялась, но слово прижилось…

Они занялись ширпотребом, организовали в заброшенном полуподвале маленький цех, прикупили несколько списанных швейных машинок, «варили» джинсу, шили куртки из плащевки, юбки годэ и прочую недорогую, но считавшуюся модной одежку, на глазок копируя модели из заграничных журналов. Нина командовала производством, ее жених возил продукцию на периферию и продавал.

Ей очень хотелось жить так, как жил Михаил. Да, Антонина Губанова любила свою работу, которой отдала четверть века, но любила без самозабвения и с легкостью отказалась от нее, как только замаячила перспектива более или менее красивой жизни.