Дебютная постановка. Том 2

Телегин хитро подмигнул и впился зубами в бутерброд с сыром.

– Ты, между прочим, какие-то котлеты обещал, – напомнил он. – Давай корми меня, а то мне скоро уже убегать надо.

– Сейчас пожарю, – подхватился Юра. – Это быстро, десять минут.

– Иди, шеф-повар, трудись. А дай-ка мне твою тетрадочку, я сам кое-что посмотрю.

– Что именно? – настороженно спросил Юра.

– Если найду – скажу, а не найду – незачем тебе мозги загружать. Иди-иди.

Юра отправился на кухню жарить пожарские котлеты. Отец всегда хвалил его за умение делать так, чтобы панировка становилась хрустящей, но при этом не сухой. Что Гога собрался найти в его конспектах? Юра готов был голову дать на отсечение, что проанализировал каждую строчку и каждое слово в уголовном деле и ничего не упустил. Хотя… Он ведь думал только о том, как доказать, что Виктор Лаврушенков не убивал Астахова, а вовсе не о том, как уличить следствие в недобросовестности и тем самым скомпрометировать материалы дела. Вполне возможно, что при таком подходе он мог чего-то и не заметить.

– Готово! – крикнул он, накладывая в тарелки котлеты и разогретую на сковороде вареную гречку. – Прошу к столу!

Гога появился на кухне, и по его непроницаемому лицу невозможно было догадаться, удалось ли ему найти что-то интересное.

– Ну, как? – с надеждой спросил Юра.

– Да никак. Пустышка.

– А что искал-то?

– В протоколе должно быть полное перечисление, откуда изъят каждый образец. Я подумал, что, может, ты эту часть тоже переписал полностью. Тогда мы хотя бы понимали, в каком месте оставлен след номер двести двадцать три. А у тебя только резюме по Лаврушенкову.

Юра с досадой ударил себя кулаком по бедру. Это правда, он нашел то место в уголовном деле, где перечислялись образцы, совпавшие с дактокартой Славкиного отца, и переписал из документа только то, что касалось указанных номеров: в каком месте обнаружены. Ступени крыльца, балясины, оконная рама, нижняя поверхность столешницы, ножка прикроватного столика, еще много других мест. Все это свидетельствовало о том, что Виктор многократно производил столярные, слесарные и прочие ремонтные работы на даче Владилена Астахова. Ни на посуде, ни на бутылках, ни на рояле его следов не обнаружили, и Юра считал такое несоответствие достаточно веским аргументом в пользу непричастности Виктора к убийству.

– Да не переживай ты, – успокоил его Гога. – В любом случае двести двадцать третий куда-то делся, и это не украшает уголовное дело.

Но Юра отчего-то расстроился настолько, что даже аппетит пропал. Он был уверен в своих силах, в том, что тщательно изучил материалы и что осталось совсем немного до того момента, когда имя Славкиного отца будет очищено от позора, а оказалось, что он – лопух, ничего не умеет, наделал ошибок, проглядел важное.