Дебютная постановка. Том 1

У тебя наверняка остались контакты с теми, кто работал по области, они в восьмидесятом году были молодыми сыщиками и должны помнить всех красивых девушек из облпрокуратуры. Сделаешь?

– Куда ж я денусь, – вздохнул голос. – Долги надо отдавать.

– Стасов, ты списочек составь, чего ты там моей жене должен, – вмешался Алексей Михайлович. – А я проконтролирую, чтобы она не мошенничала и не заставляла тебя платить дважды за одно и то же. Nemo debet bis puniri pro uno delicto. Так, кажется, у вас, ученых юристов, принято говорить?

Мужчина на другом конце радостно захохотал:

– Михалыч, приветствую! Ты там построже со своей благоверной, а то она меня как липку обдерет, у нее же аппетиты неуемные. Что у вас там за шум? Музычка какая-то слышится, голосов много. Гостей, что ли, назвали в дом?

– Мы на улице, в кафе сидим.

– О как! В рабочее время? Я твою жену на дистант перевел для чего? Для того, чтобы она по ресторанам шаталась? Уволю без зарплаты!

Петр сообразил, что разговор ведется с Владиславом Стасовым, владельцем частного детективного агентства, в котором работает Каменская. Именно жена Стасова, следователь с многолетним опытом, должна была консультировать тюменского журналиста по делу Сокольникова, но супруги собрались в отпуск за границу, и консультирование тогда перепоручили Каменской."

"Анастасия Павловна, ее муж и невидимый Стасов весело перебрасывались шутками и хохотали, и Петр, глядя на супругов, с удивлением вспоминал, как злился когда-то на Каменскую, порой даже ненавидел ее, считал скучной, нудной и сухой, называл «воблой». Вспомнил и свое изумление, когда впервые увидел Чистякова по скайпу, на мониторе ноутбука Каменской. Он же был уверен, что у такой «сушеной воблы» просто по определению не может быть нормального мужа: если кто и польстился на нее, то наверняка какой-нибудь захудалый неудачник. И вдруг выяснилось, что Алексей Михайлович – красавец, к тому же успешный ученый. Да и Анастасия Павловна выглядела сейчас совсем не так, как когда-то: легкий макияж, очки в модной изящной оправе, ярко-синий плащ, по контрасту с которым ее короткие светлые волосы казались ослепительно сияющими, в ушах – маленькие, затейливого рисунка, сережки.

– Какие же они красивые оба, – пробормотал Петр, даже не заметив, что говорит вслух.

Но Карина, конечно же, услышала. Она всегда так внимательна к тому, что он говорит и что думает.

– И счастливые, – с легкой улыбкой тихонько добавила она, наклонившись к Петру и придвинув губы к самому его уху. – Интересно, сколько лет они женаты? Ты не знаешь, случайно?

– По-моему, до фигища.