Дебютантка, или Брачный сезон

Это была история о любви в выдуманном мире, поделенном воинствующими кланами бессмертных воинов. Один из бессмертных полюбил обычную девушку, скрываясь под личиной человека – из-за скуки от своей бесконечной жизни.

Весь мир ополчился против них, но они прошли через все испытания и сохранили свою любовь.

…Как бы мне хотелось обладать хотя бы частью выдержки своих героев и верой в собственные силы!

Потому что сейчас, стараясь не впасть в уныние, я рассказывала о своей книге седовласому, солидному до невозможности, с пышными бакенбардами господину Конраду, одному из совладельцев издательства.

Он все-таки меня принял, причем довольно быстро – не пришлось сидеть целый час под дверью кабинета – и теперь выслушивал с отеческим…

Хотя нет, на лице его была написана плохо скрываемая скука.

И еще сочувствие.

Сочувствие к глупой провинциальной девице, притащившейся в Виенну в безнадежной попытке пристроить свои «писульки», которые никому не нужны.

– Конечно же, – произнес он, с трудом подавив зевок, – мой редактор, несомненно, прочтет ваш роман, мисс Митчелл, и даст ему оценку. После этого вы получите официальный ответ.

– И когда же я его получу? – поинтересовалась у него, прекрасно понимая, что, скорее всего, никогда.

Мистер Конрад склонил голову.

– Обычно мы рассматриваем новые рукописи в течение трех-четырех месяцев, но в последнее время из-за загруженности редакции нам пришлось увеличить срок рассмотрения до года.

– До года? – ахнула я. – А нельзя ли…

– Нельзя, мисс Митчелл! – отрезал он. – Как видите, мы завалены работой!

Я посмотрела на его девственно-чистый стол и пустующие книжные полки. Стопок с рукописями не заметила нигде, но промолчала.

Затем оставила ему свой адрес в Истерброке, после чего, помявшись, еще и адрес дома лорда Кэмпбелла. Заодно решила, что если я останусь в столице, то сама наведаюсь сюда месяцев так через… шесть-семь.

Впрочем, мне давно уже стало понятно, что можно и не наведываться – в этом не было никакого смысла.

Вскоре я покинула кабинет господина Конрада. Аккуратно закрыла за собой дверь и не увидела, как тот смахнул мой роман в мусорное ведро, после чего приказал секретарше подать кофе с бутербродами.

Заявил, что ему требуется подкрепиться после посещения нервных молодых особ, возомнивших о себе невесть что.

Писательницы, ты ж на них погляди!..

Им бы замуж, а не заниматься подобной ерундой! Ясное дело, женщины по своей природе глупы и наивны. Они не способны ни на что, кроме воспитания детей и вышивания.

Право, какая иногда блажь приходит в головы этим новомодным барышням! И где они только этого набрались?

***

– Они задумали что-то плохое, эти мерзкие Ричмонды! – бормотала Анна, подкалывая мои волосы непонятно откуда взявшимися шпильками.