Дебютантка, или Брачный сезон

Раздались оглушительные аплодисменты, после чего Мэтью принялись поздравлять придворные, а Джорджи с растерянным лицом спросила у меня, насколько низки, по моему мнению, шансы на то, что Мэтью Шеннон может нами заинтересоваться.

Судя по всему, к нему не пробиться, да и он, наверное, не останется на Балу Дебютанток. Как любой нормальный мужчина, он постарается сбежать отсюда при первой же возможности и поскорее.

Толпившиеся возле принцессы кавалеры приняли очередной удар стоически. Даже тот, кто собирался покончить с собой из-за заполненной бальной карточки.

– Если принцесса Джорджи этого желает, – раздался скрипучий голос Питера Сегерина, – то я попробую привести сюда Мэтью. Мы с ним дружны еще с Академии Виенны. Не думаю, что он мне откажет.

Джорджи пожелала и тем самым, кажется, окончательно разбила сердце Питеру Сегерину.

Тут объявили о начале бала, а рядом со мной, подозреваю, разбив сердце Корнелии Виззман, появился Нейтан Велмор и пригласил на танец.

Я растерянно посмотрела на направлявшегося в нашу с Джорджи сторону принца Густава, не понимая, что теперь делать. Как мне быть в этой ситуации, если в моей бальной карточке…

Так и есть, к этому моменту все танцы были расписаны, а мне до ужаса захотелось принять приглашение Нейтана Велмора!

Но мужчины все решили за меня.

Густав, появившийся словно из-под земли и вызвавший волну восторженных взглядов и даже пару обморочных вздохов у особо экзальтированных особ – у тех, кто еще не лишился чувств из-за близости к герцогу Райоту, – заявил своему дяде, что благоразумно и загодя занял два танца у леди Кэмпбелл.

Сделал это для семьи.

Первый – для себя, второй – для Нейтана Велмора. И нет, свой танец дяде он не отдаст, так что тому придется немного подождать.

Тараща глаза, под изумленные и завистливые взгляды оставшихся без пары дебютанток – герцог Райот так никого и не пригласил, – я отправилась с Густавом в центр зала, где уже выстраивались пары.

Открывали бал полонезом.

Танец был непростым, но я его знала, потому что в нашей сельской школе преподавали и эту науку. Конечно же, с подачи моего деда – все тайное давно стало для меня явным.

Танцевать полонез во дворце оказалось сложнее, чем в маленьком зале сельской школы, но я справилась и с этим, не перепутав ни единой фигуры."

"Поговорить с Густавом мне не удалось – танец к этому не располагал. Лишь улыбнулась принцу, когда стихли последние аккорды, после чего он повел меня назад, заявив, что передаст с рук на руки дяде.

По дороге мы столкнулись с Лорной, которая танцевала полонез со своим братом, и оба посмотрели на меня, как…

Сложно сказать, что именно было в их взглядах. Подозреваю, они глядели на меня, как на ядовитую гадину, с существованием которой им все же придется смириться.