Даже если ты меня ненавидишь

Горячие ладони сжимают мои руки чуть выше локтя. Сердце тут же начинает стучать быстрее. Ноздри за секунду улавливают знакомый запах, только теперь его много, он концентрированным облаком окутывает меня сразу со всех сторон.

Мой взгляд стреляет на кисти в татуировках, крупные вены под кожей на предплечьях. Спотыкается о мощные грудные мышцы, обтянутые серой футболкой, и застывает на опасных серых глазах.

Мимо нас проходит вся его компания. Очень взрослые мужчины с большими хоккейными баулами.

– Данте, не тормози, – зовёт его один из них.

«Данте?» – отпечатывается в моей голове.

Это его имя? В жизни бы не угадала.

А кожа под его ладонями скоро воспламенится. Он почему-то не отпускает, а мне безумно волнительно, но не страшно.

Вот он, весь из себя такой огромный и страшный, а рядом с ним ни грамма не страшно. Как такое может быть?

– Осторожнее, Огонёк, – приятный, низкий голос становится последней каплей."

"Я до этой секунды и не знала, что мурашек у человека может быть так много. Они стремительно разлетаются в разные стороны, на мгновение останавливая моё дыхание…

Глава 12

ДантеЯ сейчас разнесу к хуям эту вселенную за синяки на лице своей девочки! И это, блядь, не лёд! Это точно удар. Когда долго бьёшь людей, начинаешь различать детали на автомате. И вспыхнувшая в груди злость за доли секунды трансформируется в ярость, обжигающую лёгкие.

Огонёк смотрит на меня, испуганно распахнув глаза. Серые, с едва заметным переходом к голубому при игре света. Теперь я знаю…

Она топит меня в своих глазах. Таких наивных, чистых. Между нами секунды. Один вдох, медленный выдох. Мои пальцы непроизвольно сжимаются крепче в попытке погасить собственную ярость. Огонёк вздрагивает. Открытые предплечья в мурашках.

Идиот! Ещё больше пугаю!

Оглушённый грохочущим в груди сердцем, резко убираю от неё руки и ухожу за командой Ночной лиги. Брат Ильхана на удивление легко подстроился под меня сегодня. Наверное, потому, что вечером я должен быть в «Клетке».

Захожу в тренажёрку.

Мужики переодеваются, а мне надо куда-то слить свою злость. Размашисто пересекаю зал, набрасываюсь с кулаками на боксёрский мешок и вваливаю по нему серию быстрых ударов под жалобный лязг цепей, на которые он подвешен. Снаряд не выдерживает моей дури. Срывается, падает, поднимая в воздух облако пыли, и получает ещё несколько ударов ногами.

– Охуеть… – раздаётся сбоку.

Вдыхаю в себя пыль. Горло начинает драть. Иду к кулеру, выпиваю пару стаканов холодной воды. Разворачиваюсь к мужикам. Они всей командой пялятся на меня.

Да, блядь! Я превратил себя в машину, в грёбаное чудовище, чтобы выживать в этом грёбаном мире! А что делать Огоньку? Она же без брони совсем. Так вообще живут?

Мне хочется стать её броней, даже если у нас никогда ничего не получится.