Давай не отпускать друг друга

Ага, спасибо большое! — Алексей убрал телефон обратно. — Сегодня в восемь чудо-доктор тебя ждет. Клиника «Нобиле», адрес сама нагуглишь. А теперь — кыш домой.

Рита кивнула. И медленно встала, прислушиваясь к ощущениям. А потом подошла к Леше и положила голову ему на плечо. Вздохнула.

— Спасибо, мой самый лучший на свете шеф.

— Но-но, давай без соплей, — Мамаев аккуратно похлопал ее по попе. — Ты мне здоровая нужна, так что давай не сачкуй, слушай доктора и все такое!

— Да, капитан, так точно, капитан.

— Ну вот и молодец. Ты доехать-то сможешь? — обеспокоился вдруг Алексей. — Если руку прихватило-то, а? А то давай, подожди, я тебя отвезу, мне все равно в город надо.

— Доползу как-нибудь потихоньку, — успокоила шефа Рита. — Не механика же. Опять же, мне без машины потом как?

— Ну ладно, давай, только аккуратно и потихоньку, — Мамаев снова полез за телефоном. И Рита собиралась домой под очередной звонок начальника. — Миша, привет. Выйти сможешь сегодня? Да Марго у нас расхворалась. Руку прихватило. Отлично! Когда подъедешь? Ок, понял, я сам пока на ресепшне постою, тебя дождусь. До встречи.

***Стрелковый клуб «Мишень», в котором Рита работала администратором, расположился в старом здании аэропорта, в двадцати километрах от городской черты. Рита ехала обратно в сторону города — ну как, ехала, медленно и печально тупила в крайнем правом ряду — как и обещала Мамаеву. Ехала, тупила и вяло удивлялась, откуда столько машин на дороге в середине дня. И куда всем надо. Скорее бы домой добраться, выпить еще обезболивающего, лечь в постель. Если получится — уснуть до вечера. А потом поехать к волшебнику на букву «Г». И надеяться, что он, в отличие от Гудвина, не обманщик.

Войдя в квартиру, Рита споткнулась о пакет. Точнее, о пакеты — их было два. Опустила взгляд и долго смотрела на два больших пакета, которые стояли у стены. Они были полны подарков Романа, в том, что ближе к стене, сверху брошена норковая шуба. Эти пакеты Рита собрала сегодня утром. Как много она успела сделать… за последние сутки. И вся цепь событий — начиная с сегодняшнего утра, как в режиме обратной перемотки — к ночи, потом вечер, потом еще, еще назад, пока цепь не оборвалась в Риткиной юности. Там, тогда все началась. Вот ей четырнадцать…

***Ей четырнадцать, у нее миопия, астигматизм, сутулость. Она выше всех в классе — и мальчиков, и девочек. У нее уродливые очки с толстыми стеклами и вжатая в плечи голова — Рита стесняется своего роста и рано выросшей груди. А еще она влюблена. Разумеется, тайно и безответно."

"Сейчас придумали слово «буллинг». Во времена Риткиной юности это называлось проще — травля. У Риты Колосовой были все шансы стать жертвой это травли. Но ее спасло то обстоятельство, что в школе работала бабушка — учительницей математики.