Давай сделаем это

Ну и что, что у меня прямо перед глазами обнаженный мускулистый торс с жёстким рельефом кубиков? Какая мне разница, что с влажных взъерошенных волос стекают капли воды, а серые глаза смотрят прямо на меня? Меня этим не проймешь! Только бы вот отойти в сторонку — нервно покурить и отдышаться…

— ЗдорОво! Нас Лена за лекарствами прислала, — прервал затянувшуюся паузу Вадим.

Назар заторможено кивнул и снова посмотрел на меня. Да что ж ты делаешь! Я отвела взгляд и уставилась в стену подъезда. Давно здесь ремонт не делали, вся краска облупилась.

— Заходите, — отмер, наконец, Назар и отступил назад.

Какой-то он напряженный. Может, мы отвлекли парня от важного занятия? Вдруг он душ чинил…

Мы с Вадимом зашли в квартиру.

— Мы задерживаться не будем, нас такси ждет… — начал было Вадим, но его прервал женский голос.

— Назар, кто там пришел?

И в коридор выплыла та самая умопомрачительная девушка, с которой Назар был в кинотеатре. Черт, она стала еще красивее! Я почувствовала себя бойцом на ринге, которому пробили солнечное сплетение и вдогонку настучали по голове. Все мысли куда-то разбежались, осталось только жжение внутри и острое желание спрятаться под татами. Это нокаут!

Улыбнувшись, девушка подошла к Назару сзади и обвила его тонкими изящными руками. Положив подбородок ему на плечо, она промурлыкала:

— Познакомишь меня с друзьями?

Твою мать! У меня аж зубы свело, так трогательно они смотрелись вместе. Словно молодожены с обложки журнала для невест. Слава богу, хоть девушка была полностью одета в джинсы и обтягивающую водолазку, иначе у меня бы случился инфаркт. Хотя он и так поджидал неподалеку. Левая нога начала нервно подергиваться.

Назар осторожно высвободился из объятий красотки и схватил с вешалки одежду.

— Знакомьтесь, Лиза, а это Вадим и Ульяна, — сдавленно проговорил он, накидывая рубашку. Чувствовал себя парень явно не в своей тарелке. Знал бы он, что творилось у меня внутри…

Я улыбнулась девушке, пытаясь совладать с судорогой, схватившей ногу. Это даже хорошо, что я могла сосредоточиться на физической боли. Так проще было игнорировать бурю, разыгравшуюся внутри. Даже не бурю — ураган. Черный, без просветов, оставляющий после себя лишь пустоту.

Но об этом я подумаю, когда останусь одна. Даже не сомневаюсь, что с болезненным наслаждением припомню всё — и девичьи руки, казавшиеся на мускулистом торсе такими нежными, и растерянные серые глаза, и довольную улыбку Лизы, прижимающейся к Назару… Уверена, между ними было всё… Черт, как же хреново!

Проглотив комок, свинцовой тяжестью осевший в желудке, я посмотрела на Вадима. Он не должен видеть, как мне плохо.

— А вы к Лене едете? — вдруг обратилось к нам чудное создание, поправив свои блестящие темные волосы.