Давай сделаем это

— У нас в больнице уже отбой, а мне не спится, — поделилась Лена, и я представила, как она лежит совсем одна, закутавшись в одеяло, и пытается справиться с навалившимися думами, чувствами, страхами, вопросами…

Я не сразу смогла ответить. У меня перехватило дыхание.

— Давай поболтаем, мне тоже не спится, — моя улыбка слегка дрожала.

— Ты сейчас с Назаром? — бесхитростно спросила Лена.

— Да, — так же просто, без паузы, ответила я.

— Мой братец меня возненавидит, — хихикнула девушка. И ради этого легкого смешка я готова была не спать ночь напролет, прижимая к уху телефон.

— Вряд ли, — мягко улыбнулась я.

— Уль… — Лена помялась. — Ты любишь Назара?

Сердце застучало, заметалось, заныло…

— Да, — выдохнула я.

— А когда ты это поняла? — тихо спросила Лена.

Подойдя к окну, я посмотрела на затянутое снежными тучами небо.

— Когда ты попала в больницу, и я увидела Назара в коридоре. Застывшего, потерянного, убитого… У меня словно глаза открылись. Я поняла, что просто не смогу без этого человека…

Лена молчала. Но эта тишина не угнетала. Каждая из нас думала о своем. Возможно, в этот момент Лена снова проживала ту минуту, когда окончательно пропала, глядя в карие глаза Вадима.

— Я была знакома с Назаром еще до Вадима, — спустя паузу продолжила я. Я должна была рассказать Лене всё. Не для того, чтобы оправдаться, нет. Я хотела, чтобы Лена знала всю нашу с Назаром историю любви и верила в то, что, несмотря на все сложности, и она сможет быть счастливой.

И я рассказала всё, начиная с нашего знакомства в клубе, когда меня покорила хулиганская улыбка ее брата. Я не утаивала ничего. Я рассказала о поцелуе с Назаром на дне рождения, о том, как ревновала его к Лизе и до последнего не признавалась себе, что влюбилась по уши. Как постепенно до меня доходило, что я люблю Вадима только как друга.

Я стояла у окна и говорила, говорила… Назар заглянул на кухню и удивленно посмотрел на меня. Но, поняв с кем я говорю, лишь кивнул и поплотнее закрыл дверь.

Я не знаю, сколько времени прошло, может, час, может, меньше. Лена задавала мне какие-то вопросы, вздыхала, улыбалась, грустила, просто молчала. Она рассказала мне, как в пятнадцать лет влюбилась в Вадима, и с тех пор ее сердце ёкало каждый раз, когда он был рядом.

Я чувствовала, как мы с Леной снова сближаемся, как пропадает невидимая холодная стена между нами. И меня охватывало неимоверное облегчение.

— Я рада за вас с Назаром, — помолчав, сказала Лена.

— Спасибо, — улыбнулась я и спохватилась. — Уже поздно. Ты, наверное, устала.

— Да и братец, уверена, уже кругами вокруг ходит.

Смех Лены был для меня, как родниковая вода для уставшего путника.

Пожелав друг другу спокойной ночи, мы прервали связь. Положив телефон на подоконник, я на какое-то время зависла, глядя в окно.