Обещать – не значит любить, или Давай разводить олигархов!

Не каждому это дано, а секса хочется каждому! Клиенты сами, добровольно, по своему желанию, идут и выкладывают свои деньги. Здесь спрос, как и везде, определяет предложение. Уж лучше сосать за деньги, чем делать то же самое, но бесплатно.

Я кивнула и подумала: кто в этом мире не продает себя? Каждый торгует своими способностями. Разница лишь в том, какими именно. Вот и проститутки тоже. Может, кто-то скажет, что они опустились на дно жизни, что проституция — грязное занятие. Но не стоит судить о других, основываясь лишь на собственной позиции и не учитывая иных обстоятельств. Раз женщина занимается этим, значит, не смогла найти себя в другом деле. Нужно учитывать, что проститутками не становятся по страстному желанию. Просто тяжёлые обстоятельства заставляют.

— А я где-то читала, — подала я голос, — что после года работы проституткой в психике женщины происходят необратимые изменения. Она уже никогда не сможет воспринимать мужчин нормально как женщина. Меняется восприятие, отношение к мужчинам, к жизни в целом. Дно — оно и есть дно.

— В любом случае никто не имеет права нас осуждать. Мы не воруем, не убиваем, а продаём то, что нам принадлежит. В конце концов, Сонечку Мармеладову никто не осудил. От тюрьмы да от сумы зарекаться нельзя. За нас хоть кто-то платит. Не всем женщинам выпадает такой шанс. Каждому своя жизнь. Кто хочет, пусть соблюдает нравственность. Каждому в этой жизни своё. В нашей — мужчины, алкоголь и вечный секс. У каждой из нас своя история, почему именно мы решили встать на этот путь. Даже если я не сплю ночью с клиентами, а просто сплю одна, меня мучают кошмары. Даже во сне тело ноет. Начинают сниться клиенты. Просыпаюсь в холодном поту и чувствую стыд, боль, разочарование. А потом ничего, проходит. Если честно, никому не пожелаю подобной участи. Я слышала, как в соседней гостинице одна девочка умерла.

— Там сауна в цокольном этаже. Её заказали клиенты в сауну. Обдолбанные быки забили её насмерть. Мы все страшно перепугались.

— Девчонки, которые с ней работали, от страха все запили, не просыхали долгое время. Страшно терять человека, который в самые трудные минуты вытирал твои слёзы, поддерживал и успокаивал после истерик, а однажды просто умер… Я тоже тогда пила по-чёрному. Тут все либо пьют, либо сидят на наркоте. — Валентина зевнула, поправила волосы и задумчиво произнесла: — У нас тут одна девочка попалась…

— Она сама из Сибири. Сказала родителям, что поехала в Москву поступать в институт. Чтобы родителей не расстраивать, соврала, что поступила. Прикинь, она тут себе работает, родителям изредка звонит. Мол, всё хорошо, учусь в поте лица… А однажды ей привели клиента. Им оказался ее дядя, брат отца. Конечно, когда они друг друга увидели, и у неё, и у него случилась истерика.