Гарри Поттер и Дары смерти

Кашляя, Гарри взглянул слезящимися глазами на Гермиону, сидевшую на корточках у двери, прикрыв голову руками, на Рона, который трясся с головы до ног и все же неловко похлопывал ее по плечу, говоря:

— Все п-путем… оно п-пропало…

Пыль завивалась вокруг Гарри, точно клубы тумана, перенимая синеватый оттенок газового света, а миссис Блэк уже завела свое:

— Грязнокровки, чума болотная, стигматы бесчестья, позорище дома моих предков…

— ЦЫЦ! — рявкнул Гарри и ткнул в нее палочкой, рассыпав красные искры; портьеры встали на место, заставив миссис Блэк замолчать.

— Это… это… — прошептала Гермиона, когда Рон помог ей встать.

— Ну да, — ответил Гарри, — но ведь не настоящий, правда? Просто пугало для Снегга.

«Сработало ли оно, — гадал Гарри, — или Снегг просто отмахнулся от страшилища так же небрежно, как убил Дамблдора?»

Продолжая нервно подрагивать, он повел друзей по прихожей, постоянно ожидая, что на них навалится какой-то новый кошмар, однако все было тихо — только мышь прошмыгнула вдоль плинтуса.

— Знаешь, я думаю, прежде чем идти дальше, лучше все же проверить, — прошептала Гермиона и, подняв палочку, произнесла: — Гомениум ревелио!

И ничего не произошло.

— Ну ничего, ты же пережила серьезное потрясение, — благодушно произнес Рон. — И чего ты этим хотела достичь?

— Чего хотела, того и достигла! — сварливо ответила Гермиона. — Это заклинание позволяет обнаружить присутствие другого человека. Теперь я знаю, что, кроме нас, здесь никого нет!

— Кроме нас и пыльного пугала, — сказал Рон, взглянув на ковер, из которого восстал недавно мертвец.

— Ладно, пошли, — произнесла Гермиона, бросив испуганный взгляд туда же, и они поднялись по скрипучим ступенькам в гостиную на втором этаже.

Гермиона взмахнула палочкой, зажигая старые газовые лампы, потом, слегка подрагивая на сквозняке, присела на софу и крепко обняла себя руками. Рон подошел к окну, сдвинул на сантиметр тяжелую бархатную штору.

— Вроде никого не видно, — сообщил он. — Если Гарри еще под Надзором, они уже были бы здесь. В дом они, как я понимаю, войти не могут, однако… В чем дело, Гарри?

Гарри вскрикнул от боли — шрам снова обжег ему лоб, и что-то как отблеск яркого света на воде пронеслось перед глазами. Он увидел огромную тень, ощутил сотрясшую его тело ярость, бурную и краткую, как удар электрическим током.

— Ты что-то почувствовал? — спросил, подойдя к нему, Рон. — Ощутил его в нашем доме?

— Нет, я просто чувствую его ярость… он страшно злится…

— Это может быть и в «Норе», — громко сказал Рон.