Дары Крови

Вы могли пахать землю, пасти овец, раздувать меха в кузне, разносить воду, вы могли выбрать тысячу ремёсел, чтобы зарабатывать на жизнь себе и своей семье. Но вы все выбрали, — вовремя спохватившись, вспомнив, откуда привёл людей Креод, я поправился, не став говорить про службу в армии, — добыть себе золото мечом. Так нечего пенять на то, что это ремесло опасней, чем золотарь или трубочист. Лучше больше времени уделяйте тренировкам, да перенимайте приёмы у вашего гаэкуджи Креода.

Тот же смельчак, что и начал всё это, Улик, вновь заговорил:

— Так-то оно так, да только я контракт подписывал в мирное время, и никто не говорил мне, что за эти деньги нужно сдохнуть.

Креод фыркнул:

— И ты, конечно же, наивно думал, будто тебе станут платить лишь за то, что ты такой красивый? — через миг Креод повторил мои слова, которые я когда-то говорил своему первому десятку в Кузне. — Серебро ты получил за риск смерти, солдат!

Я шевельнул рукой, останавливая Креода, и сказал:"

"— Сделаю вид, будто твои слова справедливы, солдат Улик, — намекнул я на то, что отлично помню, как набрал свой отряд Креод. Что за враньё о контракте из уст того, кто грабил и убивал путников? Но раз он так хочет, пусть. Я спросил. — Сколько ты должен был получить за год службы?

Улик ухмыльнувшись, открыл было рот, но я с улыбкой предупредил его уже прямо:

— Только не нужно врать, набивая себе цену.

Хмыкнув, Ограк скользнул вперёд, пройдя через Улика. Тому сразу поплохело, он побледнел, качнулся, с ужасом глядя на меня.

— Я жду ответа.

Облизав губы, Улик выдавил:

— Семьдесят серебра за год.

Креод хмыкнул презрительно, но промолчал, не став поправлять. Видимо, пусть и разбойник, но Улик назвал верную цену солдатского контракта.

Поэтому я кивнул:

— Услышал тебя, солдат Улик. Будем считать, что здесь и сегодня я заключаю с вами всеми годовой контракт. Каждому из вас я, лично я и Дом Денудо платит семь золотых за этот год. С ближайшим караваном я отправлю человека…

Я запнулся, сообразив, что у меня лишь два полностью верных человека, ни одного из которого я отпустить, пусть и на время, не могу. Креод и Илиот слишком сильны, потеря любого из них ослабит меня, взявшего на себя самые сложные задания, а второй так и вовсе ещё в лечебнице. Поэтому поправился:

— Отправлю письмо отцу, владетелю Дома, в котором будет список ваших родных. Деньги будут выданы им, чтобы вы были уверены, что они не бедствуют, пока вы служите мне и, тем более не голодают.