Дары Крови

— Господин, сколько раз сорвались ваши техники в последней схватке? — через миг он сам ответил на свой вопрос. — Ни разу. Вы меняли проявление техник по своему желанию. Ваши удары ранили не только реольца, но и меня. Всё было не зря, господин. Вы стали Хвао, господин. Взятых вами жизней хватило на это. Всё было не зря.

Я сообразил, что мне казалось неправильным в облике Ирала. Плотность. Он потерял в плотности и чёткости. Сейчас, зная, куда глядеть и что искать, сравнивая его со стоящим рядом Ариосом, я видел это отчётливо. Больше того, на плечах, груди и ногах Ирала виднелись белёсые полоски, словно шрамы перечёркивавшие темноту его тела.

Следы моей плети, которой я убивал реольца. Убивал в то время, когда Ирал словно поглотил его своим телом, замедляя и лишая части сил.

Всё это время Ирал уже принимал наказание.

Злость, как и желание уже осознанно наказать его, никуда не делись. Но я достаточно долго молчал, чтобы смирить не только злость, но и язык, охладить свои желания и, даже вспомнить, что вокруг не только мои тени, но и солдаты. Мало того что их господин сидит, дули крутит посреди поля тел, так он теперь встанет и начнёт стегать плетью воздух?

Хорошо, если воздух, а если Ирал проявится от моих ударов? Что, если его увидят все? Всех убивать?"

"Сколько времени я мечтал о наказании теней? Два года, три? И вот, получил, наконец, эту возможность, но не могу пойти на поводу своих желаний.

Разжал стиснутые зубы и ухмыльнулся. Пока не могу. Я так долго ждал этого момента, что лишние два-три дня или даже неделя ничего не смогут изменить.

Ничего.

Будет и наказание, будут и вопросы от меня, а пока нужно занять голову другим.

Отвернувшись от теней, я встал, гаркнул:

— Урай! Ты куда пропал? Живо доложил всё, что насчитал!

* * *— Тебе никто не говорил, что ты глазливый?

— Чего?

— Кто ляпнул про то, что разве можно было отказываться от заданий?

— Я говорил про бросать.

— Спасибо, что поправил, Домар. Только всё же ответь, никто не говорил тебе про глазливость?

— Да иди ты.

— Я еду. Как и ты. И чего-то мне нехорошо при одной только мысли о том, что мы всё ближе к лагерю и всё ближе к вопросу: а что с вашими заданиями, идары Гирь Весов.

— Ты это, как оно говорится…

Сразу два голоса подсказали:

— Сгущаешь краски.

— Нагнетаешь.

— Не знаю, не знаю. Нам в Башне вбили в голову: приказ должен быть выполнен, невзирая ни на что.

Один из солдат подъехал ближе к птенцам и хрипло заметил:

— Не боитесь, ваши милости. Не впервой задание проваливаем. Главное оно что, ваши милости? Что не просто так повернули обратно, а подвиг совершили. Снова. Пусть и помельче, зато народу больше спасли.

Урай изумлённо переспросил:

— Снова? А что в прошлый раз было?

Я скрипнул зубами от злости и гаркнул:

— Эй, Урай и Майс, полтора калеки.