Дарующий мир

Ваня всерьёз задумался над моими словами и уточнил:

-Это как со Стасом?

-Как со Стасом, Киром, Ромой, девочками, Никитой, Верой, Соней, родителями… Семья - это состояние души.

-То есть как у нас с тобой.

-Да, как у нас с тобой, - кивнул я, хотя Ваня вряд ли мог видеть.

Ванька успокоился окончательно и, немного поёрзав под моим боком, уже почти уснул, когда вдруг сквозь сон пробормотал:

-И я её люблю… Еву.

И мне тоже от этого стало капельку, но спокойней.

* * *Мальчик давно сопел, почти полностью забрав у меня одеяло, а я всё ещё лежал без сна, плавая по волнам своей памяти.

Отчего-то вспоминался тот день, когда я забирал пьяную Катю из бара. Мог ли я тогда предположить, что спустя год у нас с ней будет самая настоящая семья?

Катя была смешная, пьяная, переполошенная и неожиданно ласковая, хоть и злилась на меня порядком.  Во мне самом на тот момент было много всего, слишком долго я взращивал свои обиды на неё, в надежде, что однажды станет не так больно на душе. Наверное, рано или поздно мы всё-таки сами справились бы с этим, но у судьбы, как всегда, нашлось своё мнение.

Авария. Я за рулём и Катя на пассажирском. За всеми нашими разборками я успел позабыть о своём бзике на счёт вождения, а тут, как назло, какой-то урод выскочил на встречу и прямо на нас… как в тот самый злосчастный день, когда погибли мои родители. Но об этом я так и не успел подумать, потому что рефлексы оказались быстрее любой мысли, когда я уводил автомобиль вбок. Мы протаранили ограждение, хорошенько помяв крыло Катиного “Пыжика”, но, к счастью, оба остались целы, отделавшись испугом и парой шишек.

Второй водитель тоже оказался цел, в последний момент успев затормозить… Должно быть, дуракам везёт."

"Мы потом долго стояли с Катей на улице под проливным дождём, глубоко дышали и всё никак не могли насытиться влажным московским воздухом. Меня трясло, а мигом протрезвевшая Катя просто была рядом, гладила меня по руке и шептала успокаивающие мелочи мне на ухо, не давая мне провалиться в свой собственный ад.

Затем приехали гайцы с их нудными разборками в обстоятельствах и разговорами о страховке… в которую я не был вписан и с которой нам обещали проблемы. И мы с Катей вдруг неожиданно засмеялись, вместе и синхронно, придя к одной и той же идее.

На нас смотрели, как на придурков, не понимая простую истину. Нам было абсолютно пофиг, и на машину, и на страховку, и на деньги… Вообще на всё пофиг было, кроме одного… что мы оба были живы.

Домой шли пешком, периодически срываясь на нервные смешки и жадные поцелуи на каждом новом перекрёстке. Понимание, что всё в этом мире тлен, кроме самого факта жизни, было таким ярким и пьянящим, что от этого просто рвало все шаблоны. Можно было сколько угодно спорить, обижаться и сомневаться в чувствах друг друга.