Дарующий мир

А на самом деле… Хочешь совет? Сегодня бесплатно. Пока у тебя есть хоть какая-то возможность, борись за неё. Зубами вгрызайся, ногтями… даже в самую призрачную. Иначе вообще вилы.

На душе стало ещё тоскливей (куда уж, казалось бы, сильнее?), но на этот раз, правда, уже не за себя, а за брата и Соньку.

-А если у меня тоже… обстоятельства, которые грёбаные и непреодолимые?

-Ну тогда иди и вешайся.

Я поперхнулся.

-Ну спасибо.

-А ты чего хотел? Варианта на самом деле три. Либо ты борешься, либо сидишь и страдаешь, но тогда уж молча. Однажды переболит, наверное. Ну а если не подходит ни один из вариантов, то только вешаться и остаётся.

Мы оба замолкли, уставившись немигающими взглядами на стайку голубей, прогуливающихся рядом с нашей скамейкой.

А потом я не выдержал и закинул руку на Ромину шею, притягивая к себе, а кулаком другой активно елозя по его волосам.

- Ааааа, - начал брыкаться он. - Чёлка!

-Как же я по тебе скучал!

* * *Время на работе пролетело непривычно быстро. Весь день бегло посматривал на телефон, то ли ожидая весточки от Кати, то ли оценивал степень своего собственного безумия, подталкивающего меня самому позвонить или написать ей."

"Ромкин совет всем хорош, особенно если учитывать, что у меня и зубы, и ногти чесались во что-нибудь вцепиться. Но при каждом моём порыве сделать хоть что-нибудь, в голове сразу же всплывал образ Ваньки и его убитое: “А я думал ты мне друг”. Я тоже так думал, Вань, я тоже...

Хотелось вернуться в своё уныние, отчего-то это казалось честным, но у жизни было совсем иное мнение на сей счёт.

Дом встретил не просто шумом… а целой палитрой голосов и толпой людей. Причём настолько эмоционально, что я чуть не вывалился за порог, когда на меня с разбегу налетела тринадцатилетняя Кристинка, стоило мне лишь открыть дверь.

Они были здесь все. Сашка, что-то бурно доказывающий Стасу и Роме. Саня, не выпускающая из рук агукающую Полинку. Вера, развлекающая Никитоса и о чём-то шепчущаяся с близняшками. Кир, с загадочным видом сидящий в своём телефоне.

Меня зацеловывали долго и упорно, даже Вера сказала, что может оставить свой штрих на моей щеке, вызвав тем самым у Стаса нервную икоту. Мы разобрали стол в гостинной, откуда-то взялась еда в неограниченных количествах, которой ещё с утра совершенно точно в моём доме не было.

Сидели до глубокой ночи, к тому моменту Стас уже успел увезти дочь Насте, а Саня -  уложить младшего из детей спать в моей спальне.

Ели, болтали, шутили, безумно улыбаясь, не в силах скрыть чувства радости от того, что наконец-то собрались все вместе. Я тоже улыбался, и даже не через силу. Правда, периодически ловил на себе беспокойный взгляд матери и каждый раз виновато отводил глаза, подсознательно опасаясь того, что узнает, каких же дров я наломал.