Дарующая счастье

— Печать я могу подарить тебе только на праздник нашего Единения, — сомневаясь, сказал Талинор, а потом резко сменил настрой на более сексуально-агрессивный: — Ты мне даже имени своего не назвала, строя из себя недотрогу, а уже покушаешься на самое дорогое?

— Я думала, что самое дорогое — это ваше сердце, мой принц, — сказала я, переместив поглаживание пальцев на грудь, в область предполагаемого нахождения этого органа.

— Ты уклоняешься от ответа, ваира. Как же зовут этот дивный цветок? — распинался Талинор, чувствуя себя победителем.

— Я скажу имя, если вы дадите мне эту прелесть поносить до свадьбы, или единения, как вы называете, — откровенно кокетничала я, надеясь на самонадеянность змеёныша.

— На это я могу пойти. Сокровище на сокровище, — предложил принц, протягивая мне руку с кулоном.

— Знаю я вас, красивых и умных. Сейчас обманите бедную девушку, — притворно надулась я, стараясь не скривиться от сального взгляда принца.

— Как я могу, о, прелестная? Всё будет предельно честно, — сказал Талинор, мерзко слюнявя мою руку.

— Я просто безо всяких обязательств с моей стороны называю вам своё имя, а вы даёте мне эту прелесть до праздника единения? — затаив дыхание, спросила я.

— Конечно, — промурлыкал этот гад, прижимаясь ко мне теснее необходимого.

В паре метров от нас зарычал Вейс, но я всем своим видом умоляла парня не вмешиваться, и он не стал, сжимая от злости кулаки.

— Прошу, — отдал мне кулон Талинор."

"— Меня зовут Виорика, — сказала я, с силой наступая принцу на ногу и направляя своё колено ему прямиком в пах. — А это тебе за то, что оскорбил моих мужей, — мстительно прошипела я, спеша скрыться за надёжной спиной Вейса.

— Ах ты, стерва, — простонал Талинор, сгибаясь от боли. — Ты обманула меня! — сказал змеёныш со смесью удивления и восхищения.

— Это было несложно. Придётся тебе ждать, когда я найду нового мужа, чтобы вернуть свою печать, а пока покинь нашу спальню, — злорадно сказала я.

— Жаль. Я думал, что хоть у кого-то в вашей семье есть благоразумие, но, похоже, Алир подобрал себе ваиру под стать своему зверинцу. Обидно терять такую красоту. Со своим упрямством вы повторите судьбу большинства родителей Апира — вас просто вырежут однажды ночью, Вио-Ррика. Кстати, твоё имя идеально тебе подходит — такая же привлекательная и ядовитая, — прошипел принц, резко разворачиваясь и покидая нашу комнату.

Я обняла Вейса за талию и уткнулась лбом ему в грудь. Пару минут мы просто молчали, пока тишину не нарушил Вейс:

— Прости меня, Вио-Ррика, — хрипло сказал муж, обнимая меня.

— За что?

— За то, что не посмел ему возразить и за то, что поверил, что ты такая же, как все они, — тихо сказал Вейс.