Дарующая счастье

— Я буду послушной, — сказала я, медленно облизнув губы, на что блондин резко вдохнул, быстро оголяясь.

Я знаю, что каждый из моих мужчин практически совершенство, но, стыдно признаться, кроме Намира действительно никого ещё почти не рассматривала, поэтому вид длинного светлого члена с нежной ярко-розовой головкой стал вызовом для моего замутнённого желанием сознания.

Подвинувшись ближе, я с удовольствием провела ладонями по ровным мускулистым ногам, практически лишённым волос, наслаждаясь гладкостью кожи и силой перекатывающихся под кожей мышц.

Погладив внутреннюю сторону бёдер мужа, я передвинула ладони выше, пробегая пальцами, по поджарому животу с хорошо прокачанными кубиками. Конечно, Алир был не таким мускулистым, как Намир, но всё же он в отличной форме.

Опустив руки назад, я как бы нечаянно коснулась гордо торчащего члена, возвращаясь к поглаживанию ног. Алир дёргался всем телом и тихо постанывал, но не прекращал моего развлечения. Я почти ждала властного приказа, сильной руки в волосах, принуждающей меня взять в рот светлую плоть, но блондин лишь ласково поладил мою щёку подрагивающими пальцами и поднял лицо, чтобы смотреть мне в глаза и опустился на колени рядом со мной.

— Я люблю тебя, Вио-Ррика. Я знал, что буду беречь и уважать свою ваиру, но даже не представлял, что могу так боготворить женщину. Ты — моя жизнь, мой сладкий цветочек, — серьёзно, несмотря на хриплый от желания голос, сказал Алир, не отводя взгляда удивительных рыжих глаз.

— Я тоже люблю тебя, Алир. Ты подарил мне семью и счастье. В моём мире мужчин, дарящих своей женщине защиту и уверенность, называют стеной, за которой женщина может прятаться от невзгод. Ты — моя стена, самая надёжная и высокая, — я говорила от души, не скрывая своих эмоций.

В ответ на моё признание обычно сдержанный блондин налетел ураганом, опрокидывая меня на мягкий шелковистый ковёр.

Эту обновку, приобретённую Апиром за баснословные деньги, доставили буквально вчера. Ему категорически не нравилось то, что, уединяясь с кем-то из мужей, мы располагались на тонких полотенцах, из-за чего на моей нежной коже появилась пара синяков.

Даже будучи против подобного поведения, он заботился в первую очередь о моём удобстве, что грело мне душу гораздо сильнее тех редких признаний, что позволял себе мой серьёзный старший муж.

— Нет. Сегодня я буду твоей повелительницей, — лукаво сказала я, упираясь в крепкие плечи Алира.

Мужчина уже дрожал от сдерживаемого желания, но разжал объятия, покорно опускаясь на ковёр.

От силы моего желания внутри всё стягивало болезненно сладкими спазмами, но я не спешила утолить нашу жажду, наслаждаясь такой редкой властью над сильным мужчиной, стонущим подо мной.