Дареная истинная. Хозяйка лавки «С огоньком»

Но как-то и неудивительно после прогулки почти голышом по улице.

Воды я взяла только птице, о себе я почему-то не подумала. Поэтому, смирившись с необходимостью идти на кухню, подкидываю еще полено в камин, зажигаю свечу и выхожу в коридор.

В доме тихо, только где-то скрипят половицы да воет ветер в дымоходе. Прохожу через темный пустынный холл к черновой лестнице... И замечаю полоску света из-под двери кабинета. Дверь приоткрыта, внутри пляшет оранжевое пламя свечи.

Дракон не спит? Что он делает? Любопытство берет верх над осторожностью. Я тихонько подкрадываюсь ближе, заглядываю в щель...

Глава 5

— Кажется, я предупреждал, что не стоит попадаться мне на глаза, — с легкой хрипотцой звучит низкий голос около моего уха, а дыхание щекочет шею. — А любопытство может быть вредно для здоровья.

Сердце пропускает удар, я резко втягиваю воздух, и легкие наполняет аромат дубовой коры и острого перца. Мужской, крепкий, суровый. Такой, каким кажется этот дракон, ставший внезапно моим хозяином.

Я резко оборачиваюсь, едва не теряя равновесие, но Роувард успевает меня подхватить и не позволить упасть. Он оказывается совсем близко, возвышаясь надо мной как темная гора.

— Мне кажется, подкрадываться со спины — это не признак хорошего воспитания? — на выдохе отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, а не хрипло из-за испуга и простуды. — Я всего лишь хотела попить, это мне запрещено?

Дерзко. Мне надо взять себя в руки и перестать огрызаться, а то до добра не доведет.

— Кажется, кухня в другой стороне, — произносит, выгнув бровь, Роувард. — Что ты хотела в моем кабинете?

На это мне и правда нечего ответить. То, что мне стало любопытно, — явно не оправдание. Что я думала увидеть? Как он превращается в дракона? Или проводит какие-то магические эксперименты?

— Хотите мне напомнить про то, что я всего лишь рабыня и у меня нет никаких прав? — спокойно, даже с какой-то горькой усмешкой задаю я вопрос.

Пожимаю плечами и тут же жалею об этом: на последних словах, в горле словно наждаком проводят, а голос окончательно срывается на сип. Дракон хмуро сдвигает брови и, сделав шаг назад, окидывает меня оценивающим взглядом.

— Ты заболела.

Это даже не вопрос — утверждение.

— Я просто хотела попить, — настаиваю я, пытаюсь улыбнуться, но улыбка выходит нервной. — Я уже ухожу.

Почему-то моя болезнь кажется мне проявлением слабости. А слабая женщина — не сможет выжить и бороться за себя, ее легко обмануть, легко сломать, подчинить себе. Не хочу так больше.

— Зайди, — он легко толкает дверь кабинета, отчего та распахивается, а меня обволакивает теплом.

— Зачем? — настораживаюсь я.

— Затем, что я так сказал.

Хочется во что бы то ни стало сбежать, но что-то в его тоне подсказывает: сейчас лучше послушаться. Да и бесполезно спорить.