Дар золотому дракону (СИ)

Когда мы зашли в пещеру, и Лани встретила меня криком: «Ма-ма», Луччи радостно улыбнулась, Саннива крепко обняла, любуясь моим колечком и подвеской, а Бекилор поздравил со свадьбой, я поняла, что вернулась домой. Да, теперь это был мой дом. Не тот, в котором я прожила почти всю свою жизнь, а вот этот вырубленный в скале высоко над землёй, где сначала всё было непривычно, а теперь стало таким родным, где меня любили, и где я была счастлива.

~*~*~*~

Дни потекли неспешной чередой. Драконы собрали урожай зерновых благодаря магии воздуха это не заняло у них много времени, и продолжали освобождать кладовые. Работы в нашем посёлке они уже закончили и теперь улетали в соседний, возвращаясь лишь на обед и переночевать.

Диэглейр с ними не летал, он всё время пропадал у Базилды, но никто ему и слова не сказал. Фолинор как-то, со вздохом, рассказал мне, что, по их подсчётам, жить Диэглейру осталось всего пятьдесят шесть лет. Он так и сказал «всего». Для меня это была уйма времени, мне самой примерно столько же оставалось, может и меньше, но я-то человек, а для дракона это и правда «всего». В общем, остальные решили, что не так уж и нуждаются в его помощи, пусть Диэглейр как можно больше времени проводит с той, которую полюбил."

"А у него с Базилдой всё налаживалось. По рассказам Саннивы, которая частенько теперь гостила у нас в пещере, приносимая Эльродом, она не раз видела эту парочку, сидящую рядышком на лавочке, когда уже все дела переделаны. Диэглейр что-то рассказывал, Базилда слушала, а её рука лежала в его руке. Женщина даже надевала подаренные им бусы и принимала букетики цветов. Иногда они гуляли вдоль реки или на лугу, тоже за руку, а пару раз женщина даже согласилась полетать, и дракон кружил над домом, бережно держа её в обеих лапах.

Про отца Саннива не вспоминали, а я не спрашивала. Может, дома про него и говорили, но уж точно не со мной. Было такое чувство, словно его и не существовало никогда.

Илберга и Эйкин прижились на острове и чувствовали себя здесь как дома. Они поправились на сытной и вольной еде, ввалившиеся щёчки округлились и пропали синяки под глазами и на ногах тоже. Чистенькие, нарядные Диэглейр раздобыл им кучу одежды и обуви по росту, сияющие здоровьем, они радовали глаз и мало чем напоминали тех забитых ребятишек, что мы привезли на остров три недели назад. Эйкин ежедневно бегал на пасеку, уж не знаю, что он там делал, но, наверное, что-то нужное, справлялся со всем сам, освободив сестёр, всё же отец успел его многому научить. Конечно, когда начнётся сбор мёда, ему понадобится помощь сестёр, но не сейчас.

Лани начала проситься на горшок правы были девочки, это случилось очень быстро, и говорила всё больше, иногда даже по два слова сразу: «Дай моёка», «Хотю пьяник!», «Мама, наутьки!».