Дар золотому дракону (СИ)

Батя, не надо, в дверном проёме появилась Аннис в такой же рубашке, что и на Санниве. Мы постирались просто. Потому и одеты так. И я с мамой была. Не надо, ничего же не было.

Кутберт зло глянул на старшую дочь."

"Ещё одна шлюха! Думаешь, я не знаю, как ты перед Тунором ноги раздвигала? Молись, чтобы в подоле не принести, а то утоплю байстрюка твоего, как кутёнка. А может, вы здесь на пару с мамашей своей, с этим, а?

Аннис вскрикнула, словно отец её ударил, и скрылась в свинарнике. Диэглейр не выдержал и, схватив мужчину за шиворот и за штаны, в три шага дошёл до берега и швырнул буяна в воду.

Охолонись, безумец!

Речка здесь была спокойной и неглубокой, так что Кутберт вскоре встал на ноги, отплёвываясь, прошлёпал на другой берег и, погрозив в нашу сторону кулаком, скрылся в лесу.

Мне жаль, Диэглейр присел на корточки рядом с тихо плачущей женщиной, протянул руку, словно хотел успокоить, но та вздрогнула и втянула голову в плечи, и рука мужчины повисла в воздухе, так её и не коснувшись. Вздохнув, Диэглейр встал и взглянул на меня, стоящую неподалёку. Посмотрите в узле. А я, пожалуй, потом дверцы сделаю. Тебя кто-нибудь заберёт попозже. Извините, это уже снова Базилде.

После чего отошёл немного в сторону, и вот уже огромный зелёный дракон улетает прочь.

Зря он за маму вступился, раздалось за моей спиной, и, обернувшись, я увидела Санниву, держащую за ручку Лани. Тяжело вздохнув, девочка пояснила. Батя теперь еще злее будет, и маме сильнее достанется.

Может, побоится? Диэглейр же сказал, что руки ему поломает.

Не знаю, снова вздохнула Саннива. Батя, когда взбесится, себя не помнит. А бесится он в последнее время всё чаще, раньше таким не был. Ладно, теперь уж не поправить ничего. А что этот Глэйр про узел говорил? Что там?

Сама не знаю. Пойдём, посмотрим. Вам помочь? повернулась я к Базилде, которая сидела на земле, чуть покачиваясь и глядя куда-то вдаль.

Нет-нет, я в порядке, вздрогнув, женщина поднялась и, одёрнув подоткнутый подол и пригладив растрепавшиеся волосы, направилась в свинарник, бормоча. Кашу доварить нужно.

А мы пошли обратно к дому. Я взяла малышку за вторую ручку, и она подпрыгивала между нами, иногда поджимала ножки и повисала на руках, заливисто смеясь. Глядя на неё, невозможно было не улыбнуться, хотя то, что только что случилось, как-то не давало повода веселиться. Занеся узел в дом, мы развязали его и обнаружили кучу одежды. Дюжина платьев, две дюжины нижних рубашек, платки, ленты, пояса. И, что привело Санниву в особое восхищение туфли. Шесть пар, причём разного размера, так, что пришлись бы в пору и дочерям, и матери. Да и платья с рубахами, когда мы их разглядели как следует, тоже были на троих. И всё было такое красивое, с вышивкой и нарядной отделкой.

Чьи они? раздалось за моим плечом.