Дар

Строительство было одной из статей дохода — такие вещи я знала из уроков, что мне преподавали в Храме. В мою голову вообще успели впихнуть огромное количество знаний. Ведь никто точно не знал куда отправят, а по сути, просто продадут Дочь Солнца, а значит она должна разбираться в экономике и политике разных стран, чтобы суметь вовремя повлиять на своего господина. Разумеется в пользу и во славу Великого Отца, а кого же ещё? Ну, не Храма же? Как можно? Храм лишь проводник Его воли. А как иначе!? Кто же ещё направит оступившихся и обратит в истинную веру заблудших?

Так вот, сия замечательная дорога, тянулась среди свежевспаханных полей, отмеченная столбиками с нумерацией лье и яркими табличками ушлых торговцев, что картинками и надписями зазывали путников, кто в свои таверны, или лавки, а кое-где и в дома удовольствий. Как раз о таком славном заведении и гласила довольно большая табличка, которую мы только что проехали, с изображением полуголой девицу, зазывно держащей саму себя ладонями за выступающие части аппетитной, по мнению художника, фигуры. Рядом была нарисовала монета в пятьдесят талей — стоимость ужина в дешевой таверне — и надпись для грамотных: «Девочки почтенной Глиссии! У нас бывают даже варды!» Кстати, обратила внимание, что последние как раз брезгливо кривились проезжая мимо. Да, этим харизматичным воинам и так рады девицы, притом из разных сословий. Выбор, как я понимаю, у оборотней был всегда и без сомнительных удовольствий предлагаемых подобными домами.

А впереди, виднелись села. Крепкие дома из серого камня и дерева, которые покрывала красноватая черепица. Кое-где гулял домашний скот, бегали куры. Вдалеке у каменной кладки ограды, я заметила стайку деревенских ребятишек, играющих в какие-то подвижные игры. Мирная картинка. Эти края не тронуты войной и армия вардов, лишь вызывает слабый интерес, как обыденное явление. Так непривычно, после разоренных Срединных Королевств и стран юга. Перед глазами всплыли остовы сгоревших домов и толпы беженцев. Нет, я не осуждала оборотней, в конце концов, ведь и вправду не они начали эту войну, но ужас, что она принесла не мог оставить равнодушным. Да и то, как стремительно и жестко эти суровые двуипостасные горцы ставили на колени целые страны, не могло не пугать. Великий отец, отчего ты не вразумляешь своих детей? Отчего допускаешь подобное? Ответов, как всегда не было."

"Сейчас авангард тянулся пестрым и довольно молчаливым потоком, поднимаясь на высокий холм. Моя повозка тоже неспешно вползала на эту возвышенность. Колесо по прежнему скрипело, монотонно накручивая лье, а равнодушный ко всему мерин помахивал хвостом, ведомый под уздцы не менее равнодушным вардом.