Дар любви

А ты привыкла?

Она вызывающе вздернула подбородок:

— Да.

— Но тебе ведь это не по нраву? — Конечно же нет, но я ничего не могу с этим поделать.

— Может так, а может быть, и нет.

— Что ты хочешь этим сказать?

Крид покачал головой:

— Мы поговорим об этом позже.

Ей не хотелось откладывать разговор, но к этому времени принесли их заказ, и еда показалась обоим важнее, чем вопросы и ответы."

"Минут через двадцать, наконец насытившись, она отодвинулась от стола.

— Только не говори мне, что пиршество окончено, — сказал Крид насмешливо, как всегда удивляясь тому количеству еды, которое она уплела. Джесси кивнула:

— Не могу больше съесть ни кусочка.

— И то хорошо, — пробормотал Крид с кривой усмешкой. — Еще один кусочек, и я начну сомневаться, что мой мерин сможет поднять нас обоих.

Джесси состроила ему рожицу:

— Очень смешно, мистер Мэддиган.

— Так ты в самом деле больше не хочешь еще одну стопку блинов? Или еще бекона? Яиц? Может, чашечку кофе?

Джесси снова изобразила обиженную гримасу:

— Уверена — нет.

— Тогда пошли.

Сняв со спинки стула шляпу, Крид встал и бросил на столик пару долларов.

Их следующая остановка была у торгового центра. Крид купил ей брюки, фланелевую рубашку с длинными рукавами, толстые шерстяные носки, пару прочных сапог, широкополую шляпу и походный спальный мешок.

— Ты сможешь переодеться в дороге, — сказал он, вручая ей покупки.

— Но я никогда не носила брюк! — воскликнула она, задетая за живое одной только этой идеей.

— Ну что ж, надеюсь, с ними будет меньше хлопот, чем с дюжиной нижних юбок. И мне до смерти надоело это синее платье.

— Я же надела его только в дорогу. У меня есть и другое.

— Очень хорошо, потому что сегодня же вечером я сожгу это синее.

— Нет, Крид. У меня не так уж много одежды.

— Тогда купи себе еще одно платье, так как синее уже стало историей.

Она выбрала розовое муслиновое платье и приложила его к себе, надеясь, что Крид одобрит ее выбор.

— Такое же длинное, как и не синее, — пробормотал он.

Пока он покупал съестные припасы, она следовала за ним повсюду, чувствуя и на себе презрительные и недоверчивые взгляды, которыми провожали Крида местные жители. Смешно, но в Гаррисоне ей никогда не приходило в голову, что люди относились к Криду с презрением только из-за его происхождения. Их неодобрение казалось ей связанным лишь с его репутацией наемника и с тем, чем он занимался.

Теперь же, обращая на окружающих больше внимания, она стала подмечать страх в глазах женщин и опасливую осторожность в глазах мужчин.

Она подняла голову повыше и распрямила плечи, когда вдруг случайно услышала двух женщин, шептавшихся у нее за спиной и говоривших, что она «обыкновенная белая подстилка, раз таскается за грязным полукровкой».