Дар берсерка

Я слышал, дротнинг Ауд владела сразу двумя драқкарами – давно, ещё до моего рождения. Асе, жене конунга Сибъёрна Медвежья Шкура, от отца достался кнорр. Так ты согласна?

Это он так утешить хочет, осознала Забава. Даже один из своих кораблей готов ради этого отдать…

Хотя почему отдать? Все равно его подарок будет плавать вместе с остальными драккарами. И подчиняться Харальду. Εй достанется лишь доля в добыче.

В добыче, которую получают грабежами – и продажей рабынь. Таких, как она сама когда-то.

Если соглашусь, подумала Забава, то вроде как своими руками в этом поучаствую. А откажусь, все равно ничего не изменится. Обещанный драккар как ходил в походы, так и будет ходить.

– Мировой Змей близко, - пробормотал вдруг Харальд, разворачиваясь к правому борту.

И на этот раз голос он приглушил. Однако Забава его слова расcлышала все равно ясно. Заметила тут же, что ветер стих, а волны рядом с кораблем как-то разом улеглись. Люди, сидевшие на палубе, вставали, смотрели на море…

Харальд, кивнув Забаве, шагнул к правому борту. Она вслед за ним перешла на другую сторону драккара. Неуверенно положила руку на планширь.

Вдоль неровного строя драккаров медленно вспухал вал. Не накатывался волной на корабли – а поднимался рядом с ними округлой, сглаженной сверху стеной, уходившей вперед и назад. Во всю ширь моря, от горизонта к горизонту.

Вода, из которой вал поднимался, в сумерках казалась темно-синей. Сам вал отливал темно-серым.

Тучи на западе вдруг резко разошлись, точно кто-то задрал в той сторoне полог. Над морем холодно сверкнуло красное зарево заката – а ещё через пару мгновений его заслонила встающая рядом с кораблями округлая серая стена. Потом от закатного сияния осталась лишь полоса кровавого свечения, протянувшаяся по верху темной громады.

Люди на драккаре возбужденно переговаривались. Часть их выстpоилась у правого борта, поближе к валу.

– Все к мачте! – рявкнул Харальд, оглянувшись через плечо. - Драккар мне перевернете! Это Ёрмунгард! Поговорит и уйдет!

Крик прокатилcя над морем, улетел к соседним кораблям. Вал уже поднялся выше корабельной мачты – а потом из мелкой зыби, гулявшей по воде между ним и драккаром, вынырнул темный силуэт. Взмыл вверх, и отблески закатного сияния дотянулись до него…

У Забавы по спине побежали мурашки. То, что появилось из моря, походило на толстую змею, кончавшуюся мужским торсом. Голым, темно-серым – только белки глаз посверкивали.

Ей сразу же вспомнилось чудище, утащившее на морское дно бабку Маленю. И она, похолодев, изо всех сил вцепилась в планширь.

– Сын, – гулко бросило сверху существо.

Долгие отзвуки одного-единственного слова прокатились над водой. Отразились эхом от повисших парусов.

– Проверь бухту, которую люди называют Варвик. И ещё залив Хальм.