Данияр. Не буду твоей невестой

Ну не может же это вправду со мной происходить, да? Не может же!

— У меня проценты накапали, уже хотел тачку продавать… — продолжает Натан, я меня его слова словно погружают под воду. И звуки становятся глуше… — а тут ты написала… Тебе и делать ничего не надо будет… Это чисто так, игра. На камеру покривляешься… Все ведь девки это любят.

Моргаю, с трудом уже понимая его слова.

“Покривляешься”, “на камеру”... Что???

— Им нужны чистые мордашки… Мне давно предлагали, но я с тобой по-серьезному хотел… — продолжает он, — а потом ты свалила, да и понятно стало, что папаша твой… — Натан кривится едва заметно, — короче, не вариант.

— Где мы? — у меня неожиданно четко получается задать вопрос, хотя шум воды в ушах, давление — огромны.

— Тут… Небольшая студия, — с некоторой заминкой отвечает Натан, — всякое авторское кино, типа…

“Авторское… кино”...

— Я не согласна! — я не уточняю даже, что там за авторское кино, на это даже моих глупых мозгов хватает. — Дай пройти!

— Натан, мне проблемы не нужны, — тихо предупреждает мужик, до этого молча наблюдавший за нами, — если она потом вякнет кому-то…

— Да не вякнет она никому, — презрительно кривится Натан, — она из дома свалила, просватанная. Позор семьи. Она никому нахер не нужна.

— А в полицию?

— Тоже не пойдет. Тогда всем в ее окружении будет известно, чем она занималась. Ты же не хочешь этого, да, Мадина? — Обманчиво мягко говорит он, тянется ко мне, чтоб погладить по щеке, но я брезгливо уворачиваюсь. Его прикосновения — то, что раньше нравилось, казалось таким правильным, таким нужным, сейчас до тошноты. Если дотронется, меня вырвет. — Ну-ну… — Натан нисколько не уязвленный, спокойно убирает руку, но в глаза продолжает смотреть, с нажимом, жестко, — у тебя выбор, Мадин: без нервов спокойно отработать сейчас и уйти целой. Или… тебя заставят. Тут умеют. И, кстати, фильмы с принуждаловкой тоже отлично заходят.

— Я… Не согласна… — упрямо шепчу я, отступая от Натана к стене, упираюсь в нее спиной, смотрю на него, — я в полицию…

— И что скажет твой папаша, а? — Скалится по-шакальи Натан, — Примет тебя потом? Он и так тебя не примет, но, если не протупишь, то будет шанс… Завтра тебя отвезут обратно на квартиру… Бабки у тебя есть же? Есть. Вот снимешь себе жилье, будешь работать, учиться… И забудешь это все, как страшный сон. А потом помиритесь с папашей… Или нет. Но это уже не мое дело будет. Но, если ты сейчас вой поднимешь, то точно родных больше не увидишь. Оно им надо, с проституткой связываться? Позор семьи, да?

— Какой же ты…

— Какой? — Неожиданно повышает голос Натан.