Дань для палача

На следующее утро Славкина машина взлетела на воздух у его офиса — вместе с ним и водителем. Мы так и не успели поговорить по душам с бывшим другом, виделись лишь несколько раз. Хотел ли я его смерти? Думаю, нет, после встречи с Владой — нет. Но туда ему и дорога.

Его жену сам отвез в отделение полиции и сдал, пусть пишет явку с повинной и считает меня предателем, наплевать. Теперь она хлебнет сама то, что досталось ее руками мне.

Потом были два дня подготовки к операции по захвату груза и причастных к его транспортировке и распространению лиц. Два дня угара и поиска смысла жизни на дне бутылки виски.

А когда все началось, и вбежали бравые ребята в бронежилетах с автоматами наперевес, так глупо подставился под пулю. Хорошо — вошла неглубоко, быстро вытащили, подлатали, плюс кровью истек, сутки в больнице провалялся, много думал и смертельно, до разъедающей душу тоски хотел к своей белокурой дерзкой девочке.

А она меня видеть не хочет. И Валера, Д’Артаньян на белом коне, пасется рядом. Снова вот уже в сотый раз набираю ее номер, а когда слышу длинные гудки, перестаю дышать, потому что до этого момента номер был отключен. Но крошка мне звонила — вчера утром, я не ответил, был в больнице.

— Влада, Влада, ты слышишь? Крошка, не молчи!

Она молчит, но я знаю, что слышит меня.

— Не звони больше. Никогда не звони.

— Влада, черт, послушай, я так…

— Не хочу ничего слушать и слышать тебя не хочу! Ты мне никто, теперь уже никто, все кончено, ты получил что хотел! Оставь меня в покое!

Кричит, всхлипывает, а меня рвет на части от ее слез. Я не знаю, где она, чтоб приехать и поговорить, не знаю, что ей наплел Валера, что вообще с ней происходит.

— Влада, не плачь, девочка, скажи, где ты, скажи, я приеду.

— Ты мне не нужен.

Так спокойно и тихо, а мня эти четыре слова — убили. Лучше бы это сделала пуля.

Глава 37. Влада

Которую неделю все валится из рук. Не могу ни на чем сосредоточиться, мысли путаются. Вчера разбила любимую мамину кружку, потом долго плакала, хотя это всего лишь кружка.

Я дома, как и хотела, у себя дома, где все родное и знакомое, но все эти недели чувствую себя так, словно часть меня не здесь, словно я потеряла что-то важное. Оставила в том городе, в доме человека, который меня предал, которому я и не была нужна.

Слезы вновь выступили на глазах, запрокинула голову, нервно выдохнула, закрыла воду, отложила невымытую тарелку. Надо бы сделать ремонт, а еще перевестись на прежнее место учебы, устроиться на работу. Нужно хоть чем-то себя занять, чтоб не думать, не вспоминать.

Не вспоминать о нём."

"Сафин писал и звонил несколько дней, после того как я увидела его, истекающего кровью, в новостях, точнее, это случилось чуть позже, он меня искал, так сказал Валера.