#8-Дань Псам

Потом - горный перевал; раз за разом набегали вспышки сознания, вырывая ее из лап забвения, и каждый раз она находила пейзаж преображенным. Груды валунов, каменные столбы, отвесные пики над головой. Кривая, мучительная тропка вдруг круто пошла вниз, по сторонам разлапистые дубы и пихты. Звериный вой ярится высоко в горах, далеко позади.

Долина внизу, зеленая и пахучая, джунгли в невозможной близости от высоких гор и метущих снег ветров - возможно, она пересекла целые континенты. Руки зажали, босые ноги глубоко погружаются в теплый, сырой чернозем. Тучи насекомых вьются вокруг.

Из зарослей послышался кашель большого зверя, а затем низкое кошачье рычание.

Ее нашел другой охотник."

"Хватка спешила, словно ее ожидало иное место, убежище, пещера, в которую можно войти и выйти с какой-то другой стороны - выйти возрожденной. И еще она видела вокруг себя - беспорядочно торчащие из мха, земли и сгнивших бревен - мечи с ржавыми лезвиями, поросшими лишайником рукоятями, позеленевшими навершиями. Мечи всех стилей, и все так сильно повреждены, изжеваны коррозией, что не могут служить оружием.

Она услышала кошачий кашель - на этот раз ближе.

Хватку охватила паника.

Она вышла на поляну, заросшую высокой колышущейся травой, и врезалась в изумрудное море, раздвигая его волны грудью.

Кто-то зашумел сзади, бросившись в смертельную атаку.

Она с криком упала.

Раздались лающие голоса, им ответило близкое ворчание. Хватка перекатилась на спину. Вокруг были человекоподобные существа, они скалили зубы и тыкали обожженными палками в сторону леопарда, припавшего к земле всего лишь в трех шагах от лежавшей женщины. Зверь прижал усы и оскалил клыки. Затем исчез в одно мгновение.

Хватка встала на ноги и обнаружила, что башней возвышается над существами, хотя все они взрослые - это можно было понять даже сквозь покрывавший их тела тонкий мех. Пять самок, четыре самца; самки были более крепкими, с широкими бедрами и грудными клетками.

Сияющие карие глаза следили за ней с каким-то обожанием; но затем существа вытянули копья и начали толкать ее на тропу, пересекавшую проложенный ею след. “Не такое уж обожание”. Копья пугали ее - она увидела на остриях что-то темное. “Я пленница. Ужасно”.

Они поспешно двинулись по тропе, вовсе не рассчитанной на человека такого роста, и Хватка то и дело натыкалась лицом на сучья. Довольно скоро они вышли на другую поляну, к подножию утеса. Широкая и узкая каменная полка накрывала вход в пещеру. Оттуда вился дымок. У входа сидели две старых женщины, из-за их спин таращили глазенки несколько детей.

Дети не издали ожидавшихся Хваткой криков удивления - вообще все существа молчали. Женщину внезапно охватило подозрение: эти твари не хозяйничают в здешних местах. Нет, они ведут себя как жертвы.