#8-Дань Псам

- Случайность.

- Да? Тогда где он?

- Упал на сторону.

- Нет, не упал. Я проверил твой мешок, Джула. Ты вовсе не спасти меня пытался, а стащить мокасин, потому что это твой любимый мокасин. Давай обратно.

- Против закона смотреть чужие мешки.

- Закона болот? Разве тут болото? Непохоже.

- Неважно. Ты нарушил закон. К тому же ты нашел запасной мокасин.

- Один запасной?

- Точно.

- Тогда почему он набит письмами от моей любимой?

- Какими письмами?

- Теми, что мы с ней пишем друг дружке. Теми, что я храню в мокасине. Именно теми, Джула.

- Теперь ясно, как много раз ты нарушал закон. Ты писал любовные письма - причем сам себе, это ж ясень пень - и прятал в моем запасном мокасине!

- А ты так и не заметил.

- Я бы заметил, если бы знал.

- Но ты же не знал, а? К тому же у тебя нет запасного мокасина, ведь я его украл.

- Вот почему я украл его обратно.

- Ты не мог украсть обратно, когда не знал, что он украден в первый раз. Это была простая кража. И противозаконная.

- Против закона болот!

- Твой мешок и есть болото.

- Хахахаха!

Тут Амба улыбнулся собственной шутке и захохотал тоже. - Хахахаха!

***

Финт вытащила пробку, глотнула и передала мех Полнейшей Терпимости. - Послушай этих идиотов, - сказала она.

- Не хочу. - Полнейшая Терпимость вздрогнула. - Знаешь, ко мне в первый раз вот так пробовали залезть в трусы.

- Может, это проклятие трупного окоченения?

Женщина фыркнула: - Смеешься? Если у них там что и было, то не настоящее. Палки привязанные или еще что. - Она выпила вина, вздохнула и огляделась. - Лучше.

- Наш крошечный кусочек рая.

- По крайней мере, можно увидеть восход. Это будет красиво. - Она на мгновение замолчала, затем продолжила: - Когда Рекканто показался, я думала, они спешит на помощь. А теперь думаю - он хотел урвать кусочек удовольствия и себе.

- Удивлена, Полуша? Он же мужик.

- С дурным глазом.

- Дурным глазом и дурными руками.

- Можно бы его убить.

- Погоди, - сказала Финт, забирая мех. - Он спасал-таки тебя, отрубал ладони и целые руки…

- Устранял соперников.

- Защищал твою честь, Полуша.

- Как скажешь.

Финт вставила пробку. - Боги подлые, Полуша. Как думаешь, во что мы там вляпались?

Полнейшая Терпимость поджала сочные губы, опустила длинные ресницы. - Давно, в Одноглазом Коте, когда я девочкой была, меня взяли на Зарю Мух - сама знаешь, ту церемонию в храме Худа, когда все жрецы мажутся медом…

- В некоторых местах, - прервала ее Финт, - они мажутся кровью.

- Я тоже слышала. В Одноглазом Коте был мед, и мухи прилипали. Мухи и еще осы. Но я там была с дедушкой, который служил солдатом в Выходцах…

- Боги, давненько я не слышала о них! - Финт уставилась на Полнейшую Терпимость. - Правда? Твой дед был с Выходцами?

- Он всегда так говорил. В детстве я верила каждому его слову. Став постарше, не верила ни одному. А став еще старше, снова начала верить.