#8-Дань Псам

Любовь к вам и ваше, столь деликатно выраженное, сочувствие рождают во мне готовность атаковать безо всяких сомнений любую цель, которую вы укажете мне. Я готов стоять сколько потребуется, ибо это нужно вам”.

- Похоже, я неуязвим для огня, - заметил Аномандер Рейк. - Вот, подошвы почти сжег.

“Да, пламя вздымается вокруг вас, но вы не дрожите.

Я не подведу вас, мой Лорд”.

- Эндест Силан идет по горной дороге, - сказал, вставая, Аномандер Рейк. - Карга вернулась, но скоро ей придется улететь снова. Я попрошу ее выслать внуков, чтобы они охраняли Эндеста в пути. Но, может быть, ты считаешь - Эндест будет недоволен, заметив над головой Воронов?

- Возможно, Лорд. Но я не стану оспаривать ваше решение.

Слабая улыбка. - Согласен. Передай наилучшие пожелания жрице, Спиннок.

До этого момента он не знал, что пойдет к Верховной Жрице - той, что уничтожила свое имя ради служения Храму Тьмы, сделала раздвигание ног безличным актом, превратила тело в сосуд, ничто иное - но теперь понял, что должен сделать это. Сейчас Куральд Галайн - самый неспокойный из садков. В нем бушуют бури, сотрясая любую магическую нить. Энергии так и трещат. “Делая ее ненасытной. Да, она возжелает меня - но не это заботит Аномандера Рейка. Тут что-то другое. Я иду к ней, даже не понимая, зачем.

Ведь он понимает”.

Спиннок понял, что остался один в комнатке. Огонь в очаге погас. В воздухе пахло жженой кожей.

***

Верховная Жрица Храма Тьмы остригла волосы еще короче, став неуютно похожей на мальчишку. Она с обычной страстью повалила его на кровать. Раньше он начинал ласкать ее, успокаивая, сопротивляясь напору и тем растягивая взаимное удовольствие. Но сегодня он дал ей волю. Все было неуправляемо. С тех пор, как неведомая сила растревожила Куральд Галайн, все жрицы обезумели от желания и нападали на мужчин - Анди, затаскивая в альковы с плюшевыми кроватями. Если верны слухи, даже случайно встретившиеся люди попадали на этот страстный “допрос”.

Но какие ответы можно найти в излишествах плоти? Возможно, это лишь метафорическое откровение сырой истины, не стесненной пределами храмов и заповедями жречества. Не получить ли ему ответы у Селинд? У юной женщины человеческой расы, которой едва двадцать лет от роду? У другой Верховной Жрицы?"

"Он видел слишком многое? жил слишком долго. То, что у нее еще впереди, все ожидающие ее переживания - они принадлежат юным, и пусть их разделит с ней юноша ее возраста. Он не желает быть наставником, ибо ученик быстро перерастает стадию уроков (если наставник хорошо сделал свою работу), и тогда уже учитель борется за равенство, не желая оказаться превзойденным. Но мысль о невозможности их связи шла дальше.