Дамы убивают кавалеров

В самом деле случайно? Или все-таки нет? Может, она, эта женщина в соку, – мощная подстава?

* * *Нарим Каримов, хозарский тудун по кличке Черный, скромненько сидел на корточках во дворике перед Бутырской тюрьмой. Ждал. Курил. Сплевывал себе под ноги.

Он специально оделся плохо, в духе «черных хозар», чтобы не привлекать к себе лишнего внимания: спортивные штаны, китайская майка, на руке грошовые часы «Касио». Вот только туфли не сменил: ботинки оставил, ручной работы ботинки, за пятьсот долларов. Не мог он ходить в дешевых туфлях. Ноги болели.

Наконец после получаса ожидания из дверей тюрьмы вышел его юный смазливый двоюродный племянник Эльшадик, начальник автосервиса «Шумахер».

Нарим встал с корточек, подошел к нему:

– Здравствуй.

– Здравствуй, брат.

Они обнялись.

– Спасибо, что вытащил меня, – сказал Эльшад.

– О чем ты говоришь! Как я могу допустить, чтобы мой брат в тюрьме сидел!

– Я очень благодарен тебе, брат, и великому хакану, и всей общине.

– Пойдем, брат, я тебя домой отвезу.

– Большая честь для меня.

Они вышли на яркую Новослободскую улицу и подошли к неприметной «шестерке» с ржавыми подпалинами. За рулем машины сидел хозарин. Сзади – еще один.

– Где твой «Брабус», брат? – осмелился спросить Эльшад. Он радостно щурился на ярком московском солнце.

– Если к тюрьме на «Брабусе» приезжать, – ухмыльнулся Черный, – значит, больше за тебя платить пришлось бы.

Эльшад не решился узнать, сколько хозарская община заплатила за его освобождение. Да Черный и не сказал бы ему. Но сам Черный, конечно, знал точную сумму: десять тысяч долларов за освобождение Эльшада под подписку о невыезде. Не считая, конечно, тех денег, что хозарская община ежемесячно платила русским судейским, прокурорским, адвокатским и милицейским людям.

– Садись вперед, брат, – сказал Черный.

– Большая честь для меня, – пробормотал Эльшадик. Открыл переднюю дверцу и сел рядом с водителем.

Нарим Каримов устроился сзади. Рядом с ним сидел еще один хозарин. Водитель и второй хозарин почтительно поздоровались с Эльшадом.

«Шестерка» резко взяла с места и, рванув поперек дороги, поперек всех пяти полос Новослободской улицы, пошла на разворот.

Эльшада арестовали за незаконное хранение наркотиков в особо крупном размере. Менты нашли триста граммов героина в его автосервисе. А в другом боксе автосервиса обнаружили около килограмма конопли. Эльшаду светила статья двести двадцать восьмая, часть четвертая: от семи до пятнадцати лет с конфискацией. Конечно, хозарские адвокаты постарались. Добились, чтобы дело переквалифицировали на ту же статью, но часть первую: «хранение без цели сбыта». При таком повороте Эльшад получил бы не более двух лет. Скорей всего даже – условно.