Развод Пиковой Дамы

— Странно то, что Глеб не хочет давать мне развод, — я слегка исказила информацию, поменяв время глагола, но моя игра — мои правила.

— Не может быть, — прохрипела Магда. Ее и без того большие глаза стали огромными и заблестели слезами.

Вот только истерик и обмороков не хватало! Пора сворачивать разговор, а то не дай Бог у нервной мамзель случится выкидыш, потом беды не оберешься… Пиковая Дама могла еще час мариновать любовницу, но я решила иначе.

— Ты не поверишь, но может. Пришлось прибегнуть к шантажу, чтобы Глеб подписал заявление, — я подхватила сумочку с соседнего стула и встала, поправляя жакет. — Так что я сильно сомневаюсь в его любви к тебе. Не буду желать вам счастья, потому что на осколках чужой семьи его не построить. Закон кармы суров, ты получишь то, что заслужила. И Глеб тоже, но меня это уже не касается.

Я вышла из кафе, оставив за столиком растерянную любовницу и блондина, который отвлекся на телефонный разговор. Интересно, с кем еще нужно поговорить, чтобы прошлое выпустило меня из своих отравленных острых когтей? Мой муж, его любовница, муж любовницы. Кажется, это страйк.

С грохотом разлетелись кегли, с моей души упали последние тяжелые камни воспоминаний. Я, как змея, сбрасывала старую кожу, словно Феникс возрождалась из пепла. Больно, с*ка, но я потерплю, я выживу!

Рабочий день пролетел стремительной птицей. Сегодня у меня был повод гордиться — вылизанный до последней буквы и цифры отчет Шевцова лежал на столе у Дигон — и порадоваться — перед моим подъездом в тени раскидистой старой липы стоял черный Лексус Артема. Летучий Голландец сдержал слово: приехал, чтобы помочь перевезти оставшиеся вещи.

Муж прислушался к совету, поэтому вечером в квартире было пусто и темно. Грустно. Мне показалось, что холод поселился в каждом уголке, сквозил из щелей, хотя апрель продолжал радовать жителей столицы жарой и солнцем.

Дом, гнездо — это не про стены и крышу, не про дизайн. Это про душу, которую Глеб испепелил своим предательством.

Я бездумно скидывала вещи в огромные сине–белые баулы, купленные в Ашане по дороге домой. Блузки, платья, костюмы снимала вместе с вешалками, джемпера, топы, водолазки. А еще белье и обувь, пальто, тренчи и куртки… Внезапно оказалось, за шесть лет брака я изрядно захламила шкаф. Приеду домой, разберусь детально, безжалостной рукой отправлю все ненужное на свалку. Потом, не сейчас.

Через полчаса пять сумок были забиты под завязку, больше меня в этой квартире ничего не держало. Я достала телефон и набрала знакомый номер.

— Арт, у меня все готово, можно забирать.

Михайлов, не говоря ни слова, отбил звонок, поднялся в квартиру и за несколько ходок вынес мой нехитрый скарб. Я попросила сделать так, друг согласился. Пока Артем занимался делом, я задумалась, сидя в прихожей.