Развод Пиковой Дамы

Вспышки фотоаппаратов слепили, картинка перед глазами расплывалась. Я очень волновалась, пытаясь красиво держать тяжелый хрустальный трофей влажными пальцами. У ступеней меня уже ждали. Марк. Он протянул руку, а я без зазрения совести вцепилась в нее со всей силы: сейчас вероятность упасть была намного больше. Тихое «твою ж…!» сорвалось с губ, когда почувствовала, как острый каблук зацепился за подол тонкого платья. Да, обе руки были заняты, поэтому я сделала резкое движение стопой, услышав в ответ треск рвущейся ткани. Ну красотка! Баженов улыбался и что–то говорил, кажется, поздравлял, а я впилась взглядом в пару, входящую в зал. Дигон здесь! Ура!

Благодарно кивнув Марку, освободила руку и направилась в сторону Аурики, на ходу бросив взгляд в одно из огромных зеркал в золотой раме, закрепленных на стене. Вырванный кусок платья волочился по полу уродливым шлейфом. Позор!

— Аурика Артуровна, поздравляю! — награда сменила владельца. Идеальная Дигон едва заметно улыбнулась, передала тяжелый груз супругу, стоящему рядом, и тихо шепнула. — Никто ничего не заметил, не волнуйся.

Да, от сканирующего взгляда начальницы ничего не могло скрыться. Мое лицо вспыхнуло от стыда, жар опалил шею. Кажется, кончики ушей покраснели от глупой неловкости.

— Я могу быть свободна, Аурика Артуровна?

В поле зрения попали Марк со своей спутницей, которые, аккуратно рассекая толпу, шли в нашу сторону. Артем в другом конце зала что–то эмоционально обсуждал с пожилым незнакомым мужчиной. Оба активно жестикулировали, улыбались. Когда собеседник довольно хлопнул Михайлова по плечу и пожал руку, тот расплылся в улыбке. Я была рада за приятеля, но…

— Да, конечно, Инга, — Дигон в удивлении приподняла соболиную бровь, видя, как я начала пританцовывать от нетерпения: Баженов и его девушка были уже близко, пора бежать. — Спасибо, что выручила меня сегодня. Отдыхай.

Поймав взгляд Артема, я улыбнулась, послала воздушный поцелуй и молнией бросилась в сторону дамской комнаты. Каблучки туфелек от Гуччи выстукивали марш позорного бегства.

Мда… платье восстановлению не подлежало. Ну если только укоротить длину, переведя его из категории вечернего в коктейльное. Жаль такую красоту. Оставалось продержаться всего несколько минут, а там — такси и здравствуй, милый дом, но Фортуна повернулась ко мне филейной частью.

Убрав руки в карманы черных брюк, Баженов лениво перекатывался с пятки на носок, поджидая меня у выхода из дамской комнаты. Отступать было некуда, поэтому я пошла на прорыв.

— Ухожу домой, Марк, — я пыталась обойти его внушительную фигуру, но мужчина сделал шаг, преграждая дорогу. — Дай пройти, меня такси ждет.