Дамская вендетта

Сколько дел мы расследовали вместе с Кирей! Чего уж греха таить, только благодаря сотрудничеству со мной он едва ли не каждый год получал очередные звания и уверенно продвигался по служебной лестнице! Начальство поощряло Кирьянова за то, что он повышал процент раскрываемости преступлений, особенно тяжких, а главное — считавшихся на первый взгляд «глухарями».

Ладно, Таня, не зацикливайся на Кире, с ним ты всегда сможешь договориться, а вот что за штучка эта Микаэловна?

Через несколько минут я уже поднималась по лестнице на второй этаж, где располагался кредитный отдел банка. Вообще-то к рядовым сотрудникам этого отдела был свободный доступ, а вот начальство сидело хоть и за стеклянными, но закрытыми перегородками. Охранник проверил мои документы и пропустил к Прусаковой.

Елена Микаэловна оказалась очень худой, рыжеволосой особой. У нее было веснушчатое лицо, которому при помощи персикового тонального крема она тщетно пыталась придать ровный тон. Я представила себе, сколько килограммов «штукатурки» она уже извела на то, чтобы попытаться скрыть свои веснушки, и сколько еще изведет за всю оставшуюся жизнь, и невольно усмехнулась. Неблагодарное и дорогостоящее это занятие — исправлять природные изъяны!

— Значит, это вы звонили мне недавно по телефону? — спросила «замша» Катиного бойфренда, изучая меня пристрастным взглядом. — Вы знакомая Антона Николаевича или его родственница?

— Ни то ни другое, — ответила я, расстегивая шубку.

— А почему вы тогда рассчитываете на какие-то привилегии?"

"— Да я, собственно, на них и не рассчитываю. Просто мне хотелось бы с вами поговорить. — Я без всякого разрешения определила свою шубу на вешалку, прошла к столу Прусаковой и села на стул для посетителей, закинув ногу на ногу.

— Хорошо, давайте поговорим. Напомните мне свою фамилию, я посмотрю вашу кредитную историю.

— Моя фамилия — Иванова, только у меня нет никакой кредитной истории в вашем банке. Я — частный детектив и пришла с вами поговорить об одном преступлении, — сказала я, внимательно наблюдая за Аленой Микаэловной.

Прусакова, можно сказать, была сражена моими словами наповал.

— Я не понимаю, о каком преступлении идет речь, — еле выдавила Прусакова. — Вы же сказали, что хотите взять кредит на покупку квартиры. Почему вы меня обманули?

— Я пошутила. На самом деле у меня все в порядке с квартирным вопросом, улучшать свои жилищные условия я не собираюсь. Елена Микаэловна, скажите, пожалуйста, вы знаете Екатерину Александровну Барулину?

— А почему я должна ее знать? Это кто — сотрудница банка или наша клиентка?

— Да, она клиентка банка, но я имела в виду совсем другой аспект.

— Какой?

— Вашу личную жизнь, — заявила я, откинувшись на спинку стула.