Наказание Дамира

— Чего-о-о? — выдаю совсем неженственно и буквально врезаюсь в асфальт ботинками около его седана, не собираясь залезать в машину ни при каких обстоятельствах, — Я к вам не поеду! Это вон…

Неопределенно машу рукой в сторону клуба.

— …к Кате…

Дамир иронично выгибает бровь, видимо невербально говоря мне ""правда, что ли???"" и пикает сигнализацией. Смотрю, как он легкой походкой огибает капот и открывает водительскую дверь. Переминаюсь с ноги на ногу в ожидании, что начнет уговаривать.

Ну, должен же, да? А я откажу…Конечно…

Керефов лениво облокачивается одной рукой на крышу, другой на распахнутую дверь и разглядывает меня, щурясь. Хочется оправить юбку, которая пошла складкой на бедре, но я только нервно сжимаю пальцы.

— Я не собираюсь с тобой спать, — вдруг выдает он, улыбнувшись, и кивает на переднюю пассажирскую дверь, — Садись уже, Жень.

— В смысле? — я произношу это с совершенно искренним возмущением, наблюдая, как Дамир, игнорируя мой вопрос, занимает водительское кресло и захлопывает за собой дверь.

Растерянно стою рядом с машиной, думая, что такой сбитой с толку дурой я наверно не чувствовала себя никогда. Передняя пассажирская дверь распахивается, и в темном проеме показывается лицо Керефова, искаженное нетерпением.

— Ну?

Что делать? Сажусь. Интимное тепло салона тут же окутывает меня. Нос щекочет запах выделанной кожи, освежителя и хозяина автомобиля. Задерживаю дыхание, когда Дамир перегибается через меня и поплотнее захлопывает пассажирскую дверь. Провожаю его глазами, пока он не занимает свое место. Наблюдаю, как включает зажигание.

— И зачем я тогда вам дома, позвольте узнать? — нервно усмехаюсь, сминая в руках ручки своей сумки, лежащей на моих коленях.

— Да так… — Дамир расслабленно пожимает плечами, смотря на дорогу и плавно выруливая с парковки, — Поболтаем в более спокойной обстановке…

— И я должна в это поверить? Что вам вдруг поболтать в ночи стало не с кем? — фыркаю я.

Керефов кидает на меня быстрый взгляд, и я вижу, как от сдерживаемой широкой улыбки на его заросших щеках прорезаются ямочки.

— Да, представляешь, — доверительно и скорбно тянет он, — Все остальные хотят просто спать…

И коротко, тихо смеётся. Это так заразительно, что я тоже начинаю улыбаться.

— Сочувствую, Дамир Тигранович.

— Дамир, — поправляет Керефов.

Оставляю без внимания, отворачиваясь к окну, за которым мелькает ночной, такой волшебный город. Пятница и, несмотря на позднее время, в центре на улицах людно. Романтичные парочки, шумные компании, спешащие куда-то одиночки…

— Мы можем просто заехать в любое место, если так хочется поболтать, — подаю голос я.

— Я хочу выпить и не собираюсь бросать машину — утром у меня дела, — отвергает этот вариант Дамир.